Справа виднелась еще одна дверь, запертая на задвижку и ведущая к пристройке. В темноте на уровне пояса светился красными глазами ряд розеток. Орелия осторожно зашла внутрь, и дверь с грохотом захлопнулась у нее за спиной. Низкий голубовато-фиолетовый свет создавал атмосферу залитых лунным сиянием джунглей. От пола до потолка тянулись шесть дубовых балок, до такой степени увитых листвой, что просматривались только веревки и платформы, к которым крепились растения. По полу стелились разнообразные виды плюща, а сквозь них то и дело проступали цветы, похожие на маргаритки. Над ними висели, расползались и вились неизвестные виды растений, или неизвестные варианты знакомых видов, в том числе белая жимолость с черными листьями и клематис с шипами. Среди всего этого богатства можно было с трудом разглядеть висящие на стене часы с прозрачными стенками. От задника часов отходили провода, исчезавшие в ковре растительности.
Орелия несколько минут вдыхала приторный тропический воздух. Затем часы издали жужжащий звук, свет еще больше померк, и невидимые разбрызгиватели выпустили тонкие струи воды, попавшие ей на лицо и волосы. Цветы закрыли свои бутоны, но Орелия почувствовала, что проснулось нечто другое, и инстинктивно отшатнулась. Ковер растительности на уровне земли задергался и вцепился ей в туфли. Она, как танцовщица, встала на носочки и попятилась к двери. Невидимые усики под травяным настилом пытались сорвать с нее туфли и связать ей ноги. Защитный костюм! Она прокляла собственную глупость.
Но двигалась Орелия быстро и достаточно легко, поэтому ей удалось добраться до двери. Захлопнув ее у себя за спиной, она рухнула на колени. Туфли и брюки оказались напрочь изорваны, а лодыжки и ступни сплошь покрывали алые рубцы.
Вернувшись в гостиную, она обыскала стол и нашла счета на крупные суммы, адресованные многочисленным ротервирдским богачам, что объясняло дороговизну картин и книг. Она также обнаружила письма с жалобами на то, что растения Солта отказывались плодиться и не жили больше двух лет. Неудивительно, что творения Хеймана на городских клумбах каждый сезон сменялись на новые.
Солт стоял в коридоре и наблюдал за тем, как Орелия листает книгу. Лост Акр научил его искусству подкрадываться.
— Мисс Рок?
— Как ты мог, Солт? Похищать их оттуда! И продавать! — Она раскрыла гроссбух.
— Я признаю свою вину, — согласился Солт, — но ты же сама откапываешь и продаешь разные древности.
Орелия упала в кресло и перекинула ноги через подлокотники.
— Ну хорошо. Объясни мне.
Солт принял решение. Он нуждался в союзнике. Сейчас перед ним стояли две задачи, и сам он мог выполнить только одну. Из всей компании он доверял Орелии больше всего.
— Когда я в последний раз был в Лост Акре, все, включая цветы, деревья, травы, выпускало семена.
— Это ты уже говорил.
— Им угрожает уничтожение. Поверь, растения все понимают.
— И именно поэтому ты таскаешь их сюда на продажу.
Солт сказал правду:
— Боюсь, это старая история. Мне нужны были деньги на питомник.
— Только они не плодятся.
— Что еще хуже, они и живут недолго. А это значит… что нам придется спасать сам Лост Акр.
— От чего спасать?
— Понятия не имею. Но такое уже случалось — Облонг же нам говорил, верно? В 1017 году. «Всех спасли Зеленый Человек и Молот». «Все» — это, конечно же, все существа Лост Акра. И тысячелетний юбилей тоже не может быть случайным совпадением. Я убежден, что хрупкое существование Акра завершается. Его солнца увеличиваются в массе, и их срок подходит к концу.
Солт говорил как-то слишком уверенно, даже для ее скромных познаний в вопросе. Она внимательно посмотрела ему в лицо и заметила, как ботаник отводит глаза.
— Думаешь, я дурочка?
— В меньшей степени, чем остальные.
Орелия едва не вышла из себя:
— Прошлой ночью ты что-то скрыл и сейчас продолжаешь заниматься тем же. Если хочешь, чтобы тебе помогли, придется выложить карты на стол.
Солт сделал микроскопическую уступку:
— Во время последнего похода в Лост Акр я встретил человека-горностая. И я не шучу… — Солт помедлил.
— Я тебе верю. — «Да, из него информацию нужно по капле доставать».