Конечно, существовала дальняя родня, но, по правде говоря, род Макдауэллов за последние поколения заметно ослаб, и если бы не выводок Пэтси, скорей всего, и вовсе бы вымер.
Значит, оставался один Уоррен. Когда Алекс был сопливым мальчишкой, он часто задавался вопросом, не гей ли Уоррен, и не являются ли элегантные родовитые дамочки, с которыми время от времени встречался дядя, лишь дымовой завесой. Юный Алекс не мог понять, как можно интересоваться чем-то помимо секса и страсти.
Но, судя по всему, секс и страсть все же присутствовали в жизни Уоррена лет тридцать назад, иначе Кэролин Смит не появилась бы на свет.
Возможно, он ошибался. Уоррен никогда не выказывал по отношению к Кэролин отеческих чувств — казалось, он воспринимает ее присутствие, как нечто среднее между вторжением извне и привычным удобством. Обучая самозванца Сэма Кинкейда играть роль Алекса Макдауэлла, он отзывался о Кэролин не иначе, как о неком семейном довеске, не имеющем ни ценности, ни значения. Если память ему не изменяла, Уоррен даже жаловался на то, что Салли выделила Кэролин небольшую сумму денег, считая эту затею совершенно ненужной.
Возможно, Уоррен вовсе не был отцом Кэролин. Хотя Алекс не стал бы за это ручаться. За всю жизнь он не встречал более холодного и бесчувственного создания, чем Уоррен Макдауэлл. Он дурачил старшую сестру на ее смертном одре, только чтобы заграбастать побольше денег. Скорее всего, он бросил бы родную дочь и глазом не моргнув.
В голове у Алекса столько всего смешалось, что он быстро и тихо встал, чувствуя, что не в силах вынести общения ни с Салли, ни с Кэролин, во всяком случае, сейчас, когда он хранил в душе их тайны. Он нуждался в глотке виски, пускай даже для этого ему пришлось бы терпеть общество Пэтси и Уоррена. Ему отчаянно хотелось напиться, чувство, которое не посещало его уже много лет.
* * *
— Как твоя мать, дорогой мальчик? — любезно приветствовал его Уоррен, всем своим видом демонстрируя искреннее дружелюбие.
— Умирает, — коротко ответил Алекс, наливая себе бокал чистого виски.
Уоррен поморщился.
— Алекс, мы об этом знаем.
— К чему тогда спрашивать? — Алекс взял виски, подошел к окну на террасу и повернулся спиной к любимой семейке.
— Дорогой, в нашей семье мы привыкли вести вежливую беседу, — промурлыкала Тэсса, подходя к Алексу и беря его за руку. Она укутала его слащавым запахом духов Poison, который всегда вызывал у Алекса тошноту.
— Я слишком долго жил один, — сказал он, отпивая большой глоток виски. — Шкала моих ценностей изменилась.
— Ценностей? — переспросила Пэтси и пронзительно рассмеялась. — Это ты о чем?
Она перевела на сына взгляд чересчур блестящих глаз.
— Будь любезен, Джорджи, налей мне еще.
— Не называй меня Джорджи, — огрызнулся тот, окидывая присутствующих внимательным взглядом белесых глаз.
— Мы все немножечко на взводе, — прошептала Тэсса на ухо Алексу. — Почему бы нам не пойти куда-нибудь в другое место, где мы могли бы побыть вдвоем?
Он повернулся к ней лицом и смерил убийственным взглядом.
— Это что, приглашение, Тэсса?
Она улыбнулась кошачьей улыбкой.
— Тебя останавливает то, что мы кузены? Это что, часть твоих "ценностей"? Не волнуйся, дорогой. В этом штате брак между близкими кузенами считается легальным.
— Тэсса, я не собираюсь на тебе жениться, — сухо ответил Алекс.
— Вообще-то я имела в виду кое-что другое, — промурлыкала она.
Алекс задумался над предложением Тэссы. Медленно и лениво он окинул ее идеально-кукольное личико, изящное тело фотомодели и ему захотелось узнать, сможет ли он выбросить из головы Кэролин, если переспит с ее кузиной?
Он в это не верил.
Конечно, он видел сходство между ними, которого раньше не замечал. Обе обладали высокой изящной фигурой, но Тэсса щеголяла модным в то время героиновым шиком — бледная кожа, тени под глазами, излишняя худоба, — ее облик вряд ли бы вызвал у здорового мужчины пламенную страсть. Черты лица тоже были схожи, но у Тэссы губы казались более узкими, несмотря на щедрые инъекции коллагена; в ее глазах всегда присутствовал мутный блеск, в то время как в глазах Кэролин отражалась ее здоровая чистая душа.
Нет, Тэсса была ему не нужна. Как не нужны были сами Макдауэллы с их деньгами и лживыми тайнами. Он хотел узнать правду, а потом уйти, ни разу не обернувшись назад.
Алекс горячо надеялся, что Кэролин тоже удастся спастись.
Он осторожно снял худую ладонь Тэссы со своего плеча.
— Нет уж, спасибо, — сказал он. — Я не нуждаюсь в оздоровительном сексе.
— А в чем ты нуждаешься?
— В хорошей выпивке.
— Алекс, этим ты ничего не добьешься, — сказал Уоррен назидательным тоном. — Я знаю, что ты переживаешь из-за близкой кончины матери и чувствуешь огромное бремя вины, потому что столько лет прожил с ней в разлуке, но хочу тебя заверить, что…
— Иди к черту, дядя Уолдо.
Ухоженное лицо Уоррена, покрытое ровным слоем искусственного загара, внезапно побледнело.
— А я и забыл, что когда-то ты меня так называл, — растерянно пробормотал он. — С тех пор прошло лет двадцать.
Алекс понимал, что поступил необдуманно, из глупого духа противоречия, ему следовало вести себя осторожней.
— Это прозвище тебе подходит, — он пожал плечами. Потом схватил бутылку виски, еще один бокал и направился к двери. — Прошу меня простить, но я, пожалуй, побуду у смертного одра вместе с кузиной.
— С которой из них? — поинтересовался Джордж. Пэтси сидела в углу, бормоча себе что-то под нос и глядя на присутствующих затуманенным взором. Уоррен все еще не мог отвести от Алекса испуганных глаз.
— С Кэролин, — ответил Алекс. — С дорогой, милой, верной Кэролин.
— Она нам не кузина, Алекс, — резко возразила Тэсса.
— Неужели? — Он бросил взгляд на Уоррена, которого, казалось, вот-вот стошнит. — Возможно, всех вас ждет парочка сюрпризов.
Кэролин сонно потянулась и с удивлением посмотрела на Алекса, который, налил в бокал виски и поставил его на заставленный лекарствами прикроватный столик.
— Мне кажется, тебе не мешает выпить, — бросил он, вновь занимая свой пост в ногах кровати.
Кэролин не двинулась с места.
— Не думаю, что тете Салли нужно видеть, как ты здесь напиваешься вдрызг, — сердито прошипела она.
— Тете Салли угодно, чтобы он был здесь, все равно какой — трезвый или пьяный, — донесся голос с кровати.
Он прозвучал так, как будто раздался с того света. Не открывая глаз, лежа без движения, Салли все же удалось протянуть руку Алексу.
— Тогда я, пожалуй, пойду… — Кэролин направилась к двери, но Алекс успел остановить ее до того, как это сделала Салли.
— Вы нужны мне оба, — сказала она. Потом Салли открыла глаза и попыталась сфокусировать свой взгляд на них двоих. Казалось, на это ушли все ее силы.
Он не собирался отпускать Кэролин, ему не хотелось, чтобы она снова попыталась сбежать. Не зная, пересилит ли любовь к Салли ее антипатию к лже-Алексу, он не стал искушать судьбу. Он подвел ее обратно к креслу, легким движением заставил сесть и вручил бокал с виски.
— Мы оба здесь, ма, — он не обращался к ней так с тех пор, как был совсем маленьким, боясь показаться излишне сентиментальным. Глаза Салли наполнились слезами.
— Ты у меня лучше всех, да, мой мальчик? — прошептала она слова, прозвучавшие как эхо далекого детства. А может, как последняя просьба о прощении.
— Как всегда, — ответил он, наклонился и поцеловал ее в холодную восковую щеку, даря ей это прощение.
Затем Алекс снова сел в изножии кровати и налил себе еще виски.
* * *
Много лет назад Алекс узнал, что со спиртным у него серьезная проблема. Дело было в том, что сколько бы он ни выпил — ему никогда не удавалось полностью вырубиться. В три часа ночи, убедившись, что состояние Салли стабилизировалось, он отправился выпить кофе и принять душ. В пять утра он оделся и вышел прогуляться в холодном тумане. В шесть он обнаружил Кэролин в коридоре, ее узкие плечи тряслись от сдерживаемых рыданий.