Уже вечером 27 февраля был создан Временный революционный комитет рабочих и других демократических организаций. Из пяти членов президиума этого комитета - двое большевиков: Смидович и Ногин. На следующий день солдаты под руководством большевиков захватили типографию Сытина и начали выпускать "Бюллетень революции". Всеобщая забастовка охватила и Москву. Совдеп создан. Но к сожалению, как и в Питере, большинство мест в нем принадлежит меньшевикам, эсерам. Хорошо хоть, что в редакцию "Известий" вошел Скворцов-Степанов. Он и настоял, чтобы в газете был перепечатан питерский "Приказ No 1". Новый командующий округом, подполковник Грузинов, потребовал, чтобы этот приказ был объявлен недействительным для Московского гарнизона, рвет и мечет, добивается помещения в газете опровержения.
- Ни в коем случае опровержения не давать. Больше того: как можно скорей составить свой, московский приказ в духе питерского, - в тоне Землячки была мужская жесткость. - Немедленно приступать к налаживанию выхода нашей, большевистской газеты. Вам, старейшему литератору, Михаил Степанович, и карты в руки.
- Согласен. Думаю, назвать ее надо так же, как называется нынешняя ленинская, - "Социал-демократом", - предложил Ольминский.
- Очень хорошо. Второе: продолжать вооружать рабочих. Тех винтовок и револьверов, какие отобрали у полиции, мало. Взять в воинских частях. Организовать охрану заводов. Пресекать грабежи. Навести в Москве революционный порядок.
Феликс слушал, вбирал в себя и думал: что же поручат ему?
- Прежние методы и навыки работы непригодны для новых условий, продолжала Землячка. - Мы привыкли к подполью, а теперь, наоборот, нужно на самую вершину - чтобы нас видели и слышали! Вовсе районы, на все заводы, в каждую казарму! Призвать рабочих и солдат вступать в нашу большевистскую партию! При Московском комитете создать Военное бюро.
Вот что жаждет его душа!.. Военное бюро. Борьба за привлечение на сторону революции армии.
Утром в комитет партии стали стекаться новые сведения о развитии событий в Москве. Одно из сообщений: подожжено здание охранного отделения в Большом Гнездниковском. Видели, что поджигали сами жандармы.
"Заметают следы, - подумал Дзержинский. - Как позавчера в "Бутырках"..."
- В Спасские казармы, - распределяла поручения секретарь комитета. - В Рогожский район. В бригаду ополчения. На завод Гужона. Вы - в Астраханские казармы... Нам нужно создать Совет солдатских депутатов.
Вечером этого же дня, бесконечного дня третьего марта, Феликс Дзержинский, вернувшись из Астраханских казарм, пришел в думу, на заседание Совдепа и выступил с речью. Закончил он ее словами:
- То, что теперь делается в России, является только началом великого здания борьбы... Да здравствует русская революция! Да здравствует возрожденный Интернационал! Да здравствует социалистический строй!..
Как сброшенные кандалы, все старое ушло в прошлое. Он уже полностью чувствовал себя в строю.
4
В то самое время, когда, соблюдая столь непривычную для коренных думцев конспирацию, министры Временного правительства собирались на Миллионной, в особняке князя Путятина, в самом Таврическом дворце, все в той же комнате бюджетной комиссии, шло очередное заседание Исполкома Петроградского Совдепа.
Депутаты-большевики внесли предложение:
- Пора решать вопрос об аресте Николая и прочих членов династии Романовых.
Двери комнаты были распахнуты, и, как обычно, набилось много рабочих и солдат. Вдоль стен и на скамьях одобрительно загудели.
- Какая предлагается конкретная формулировка? - поднял над головой карандаш Чхеидзе.
- Послать отряд революционных солдат, арестовать - вот и вся формулировка! - сказал один из депутатов.
Его поддержали смехом и хлопками.
- Нет, так мы не можем! - оглядел собравшихся по-верх очков председатель Исполкома. - Теперь существует министерство юстиции во главе с товарищем Керенским. Вы все читали, надеюсь, сообщение Временного комитета о том, что впредь аресты будут производиться не иначе как по особому в каждом случае распоряжению. Коль есть правительство, только оно и вправе...
Смех и аплодисменты сменились ропотом. Чхеидзе очень чутко улавливал настроение собравшихся.
- Но мы, конечно, можем запросить Временное правительство, как оно отнесется...
- Тогда предлагаю такую конкретную формулировку, - встал Василий. Он выделил голосом это спиралевидное слово. - "Исполнительный комитет постановляет династию Романовых арестовать". Точка. Нет возражений? Дальше: "Предложить Временному правительству произвести арест совместно с Совдепом". Точка. А если они в Мариинском начнут вилять - вот тогда и запросить, как это самое правительство отнесется к тому, что Совдеп сам произведет аресты.
- Правильно! Так и записывай! Тут тебе и формулировка, и запрос - чин по чину!..
Возразить было нечего. Дальше пошло без закавык. Великого князя Михаила решили арестовать тут же, в Питере. Предстояло лишь узнать, где он находится. Что касается великого князя Николая Николаевича, главнокомандующего Кавказской армией, то вызвать его под каким-нибудь предлогом в столицу, уже в пути установить за ним строгое наблюдение и задержать тотчас по приезде. Александру Федоровну держать под арестом в Царском Селе.
- Подготовку и сами аресты прошу поручить штабу восстания, - снова поднялся Василий.