Он рассмеялся, еще раз устало размяв плечи.
— Я понял и внял, — взявшись за свою вилку, мужчина так же приступил к ужину. — Действительно вкусно, — согласился с ее оценкой. — Определенно, я не ударил перед тобой лицом в грязь.
— Коля! — вновь засмеялась Алена. — Ты не должен был, по идее, даже стремиться к чему-то такому. Ради бога! Вокруг тебя всегда полно женщин, готовых пасть к твоим ногам… — она шутливо ткнула в его сторону вилкой
— Но ты не из них, разве не так? — Николай ухмыльнулся во все лицо, но вот взгляд его был очень серьезным и полным теней, пока ей малопонятных.
— А ты хотел бы, чтобы я у тебя в ногах валялась? — заливистый смех дался ей непросто, и Алена не стала бы утверждать, что мужчина не понял этого.
— Не в ногах, это однозначно… — заметил он голосом, ставшим ниже тона на три.
И отвел глаза, все же. Будто не хотел дать Алене понять, что именно думал сейчас.
Она не знала, что сказать в ответ несколько минут. Ковырялась вилкой в собственной тарелке, вдруг потеряв аппетит. И тоже на Николая не смотрела. А потом Алене надоело…
— Коля, для чего мы тут? — подняв голову, она отодвинула тарелку и решительно встретила его взгляд.
Он этот взгляд поймал, несколько мгновений всматривался в глаза Алены, после чего криво улыбнулся.
— Чтобы хорошо вечер провести. Поговорить… Я ценю нашу дружбу, — он так же отодвинул тарелку, подав знак официанту, что можно нести десерт и кофе.
— Для этого не надо было бронировать весь ресторан, как мне кажется, — с ударением заметила Алена, позволив забрать и свои приборы. — Да и если бы меня кто-то еще вчера спросил, мне и в голову не пришло бы сказать, что ты считаешь меня своим… другом?
Коля снова улыбнулся, все так же криво и не особо весело.
— Считаю, Леля, хочешь верь, хочешь нет.
— Что ж, друзей обычно зовут в кафе на чашку кофе. Ну или на пиццу. Но не платят безумные деньги на аукционе, чтобы потом еще и весь ресторан на вечер занять…
— Горбатенко в десятки раз больше заплатил за время Маши, — заметил Николай с некоторой иронией.
Он смотрел на нее не отрываясь. И из-за того, что вокруг никого больше не было, из-за музыки, свечей, самой атмосферы, Алена чувствовала себя все более неловко. Очень странный разговор. И прямо говорят вроде, а недомолвки за каждым взглядом и словом прячут. В груди стало неприятно, жар сменился противным чувством, словно ее замутило.
— Так дело в этом? — теперь уже Алена хмыкнула, только с сарказмом. — Все это, — взмахнула рукой, обводя зал, — чтобы выведать у меня, друзья ли Маша с губернатором или что-то большее? Вынуждена разочаровать, Николай, я не в курсе! — заявила с резкостью.
Николай же смотрел на нее удивленно и растерянно. Его губы подозрительно дрожали, словно бы мужчина вот-вот готов был рассмеяться. И он все же не выдержал: откровенно расхохотался, откинувшись на спинку своего кресла.
Вот тут Алена растерялась. И даже смутилась, не поняв его реакции.
— Я идиот, похоже, да, красавица?! Не сумел все верно подать, — все еще давясь своим смехом, покачал Николай головой, поглядывая на нее. — И нет, это не было хитроумным планом, чтобы добыть из тебя сведения, которые, думаю, и так скоро выясню у самой Маши.
Почему-то она ему поверила. Причем сразу.
— Окей, зачем тогда?! — из ее голоса не исчезла претензия, несмотря на то, что Алену все больше захлестывало смущение из-за своей дурной вспышки.
Николай помолчал минуту. И если бы Алена не знала, что ужинает сейчас с лучшим адвокатом страны, могла бы заподозрить, будто бы мужчина перед ней смущен и неуверен. Но «Николай Коваленко» и «смущение» в одном предложении? Пффф! Такое казалось абсурдным!
— Вероятно… Я хотел показать, что готов на не меньшее ради дорогой для меня женщины, — наконец произнес Николай, в буквальном смысле ошарашив Алену.
И до того, как она сумела бы хоть как-то сформулировать свой ответ или, в принципе, понять, как следует ответить, им принесли десерт. Тот самый фирменный тирамису. На одной тарелке для обоих…
ГЛАВА 5
Проснуться утром по будильнику было дико сложно. Нелегко вскакивать, как ранняя певчая птичка в шесть утра, если уснула только после трех. И вовсе не по той причине, что хотелось бы… И, матерь божия! Алена не знала, на кого больше злится до сих пор: на себя, что бесится, или на Колю, который так ее… продинамил!
Господи, не то чтобы она так когда-то думала или поступала подобным образом. И нет, конечно же, нет, ха! — разумеется, она не ждала секса от этого вечера! Более того, она никогда бы и не позволила секса на первом свидании… даже если допустить, что их с Колей вечер можно было считать далеко не первым свиданием… И все же нет, не ждала она от него ничего такого. Да и не уступила бы Николаю…