- Спасибо... ммм... Марла?
Рыжая присела, изображая что-то реверанса. Когда-то она боялась меня, как многие другие смертные, но теперь я почти не чувствовал ее страх. Смертные на редкость легко привыкают к ужасному, если сталкиваются с ним достаточно часто. Именно поэтому прочие носители Древней Крови стараются свести свои контакты с людьми к минимуму. Легенды живут дольше, если не пытаться узнать, с кого они на самом деле писаны.
- Поспеши на кухню, моя дорогая, - раздался сверху, с маленького балкончика, нависавшего над сценой, знакомый голос. - Я сама обхожу нашего почетного гостя...
По-уранийски Ли-Ши говорила, искусственно усиливая сюсюкающий анчинский акцент, отчего голос ее казался таким же струящимся и шелковым, как вся его хозяйка. Рыжеволосая Марла тут же исчезла.
- ...обхожу со всем умением, - улыбаясь, проговорила Ли-Ши, уже стоя передо мной и наливая вино в массивную кружку.
В воздухе поплыл аромат лозы из Южного Тарна. Мои пристрастия здесь прекрасно известны.
- Ты сегодня без пистолета, Ши? - улыбнувшись в ответ, спросил я.
С той поры, как мы виделись последний раз, она ничуть не изменилась.
- Забудь об этом, Сет. - Ли-Ши отмахнулась от моих слов так, словно я невзначай поинтересовался о здоровье ее давно покойной тетушки. - Мне хотелось сделать наши отношения острее. В них наметилось угасание взаимного интереса... пожалуй, стоило все-таки стрелять в тебя. Тогда ты решил бы, что по-настоящему небезразличен мне.
- Мне казалось, что так оно и есть?
- Разве я когда-то давала тебе для этого повод?
Мне казалось, что в темных раскосых глазах анчинской красотки тлеет улыбка. Или так только хотело казаться?
- Да, и не один раз.
- Не путай страсть с любовью, Сет. В отличие от мужчин, женщины очень четко делят два этих понятия... - Ли-Ши негромко рассмеялась. - Я слышала, ты все еще живешь со своей полуэльфкой.
- Ее зовут Таннис.
- Похоже, она сумела заползти тебе в душу. Как ты думаешь, такие, как ты - Ичче - способны любить?
Я помедлил с ответом.
- Я слышал, будто анчины верят, что Ичче - злобные духи, которые бродят неприкаянными по свету, норовя украсть чужое тело, когда человек заснет.
- Злой дух, метущийся в человеческой плоти? Да, так. А разве ты иной? Или мне называть тебя, как другие - Выродок?
- Другие делают это за глаза, - нахмурившись, напомнил я.
- Поэтому я предпочитаю называть тебя и таких как ты - Ичче. Чтобы не за глаза. Ты не ответил мне Ичче-Сет. Такие, как ты умеют любить?
- Я не исключаю такой возможности. Умеем же мы ненавидеть? А любовь недалеко от ненависти. По крайней мере, так утверждают смертные, которых я знаю.
- Значит, у нее есть шансы, - задумчиво произнесла анчинка. - И, тем не менее, сейчас ты со мной, а не с ней...
- Тут есть один... хм... момент, - произнес я, катая в руках кружку с вином. - Мне нужен Тихоня.
- Ах, вот оно что? - бронзовое лицо Ли-Ши не выразило никаких эмоций. - Значит, ты пришел не ко мне, а к нему.
- В первую очередь, - признался я, тихонько напрягаясь, чтобы успеть выбить у нее из рук пистолет или стилет... ну так, если что.
На губах Ли-Ши медленно появилась улыбка.
- Мне нравится, что ты не лжешь, Сет. Из вас, северных варваров совершенно никудышные лжецы. Но до заката еще далеко. Будешь сидеть здесь, и тянуть вино, или предпочтешь подняться со мной наверх?
- В какой-то момент я подумал, что мне туда путь заказан, - осторожно сказал я.
- Не говори глупостей, - она рассмеялась. - Как может слабая и одинокая женщина сопротивляться страшному, распаленному похотью Ичче?
Я подавил в себе глупое желание скорчить зверскую рожу. С анчинами никогда не поймешь, говорят они серьезно или нет.
Подхватив Ли-Ши на руки, я быстро поднялся на второй этаж заведения, пересек коридор, толкнул ногой прекрасно знакомую дверь и вошел в личные апартаменты анчинки. Внутри струился дым от сжигаемых палочек с благовониями, и жарко рдела углями бронзовая жаровня. Под потолком висели гирлянды хитрых анчинских бумажных фонариков, излучая мягкий неяркий свет. Убранство комнаты каким-то хитрым образом сочетало утонченную и экзотическую анчинскую роскошь и привычные уранийские вещи вроде банкетки, огромного зеркала перед кроватью и еще пары небольших зеркал в разных углах.
Прикрыв за спиной дверь, я шагнул, было, к кровати, но тут же остановился, смущенный некстати пришедшей в голову мыслью.
- Ши, у меня... есть просьба.
- Да, Ичче-Сет.
Во влажных и темных раскосых глазах анчинки уже разгоралась прекрасно знакомое мне безумное пламя.