Не трудно догадаться, что в настойчивом желании барона увидеть в своем замке такого прославленного вояку, как молодой Роберт Дрейдлок, угадывалась не только старческая сентиментальность, но и трезвый прагматичный расчет. Пусть соседи видят, с кем придется иметь дело, если что...
Роберту не понравилась идея путешествовать с беременной женой, однако устоять против горячих просьб Тамары, желавшей в последний раз увидеться с отцом, рыцарь не сумел. Молодая пара выехала из Ура, сопровождаемая всего тремя слугами. Брать с собой вооруженную охрану Роберт Дрейдлок не посчитал необходимым. В конце концов, разве он не был Са-Таранак - разящая рука Блистательного и Проклятого?
Эта беспечная, свойственная молодости, самоуверенность и послужила причиной трагедии. До имений фон Коубера чета Дрейдлоков так и не добралась. На девятый или десятый день своего путешествия они остановились в небольшом придорожном постоялом дворе - сменить лошадей и нанять служанку для Тамары, которой тягости пути оказались не по силам. Здесь же решили заночевать.
А вечером к путникам, коротавшим время у камина, присоединились еще трое, искавшие отнюдь не тихий ночлег...
Роберт Дрейдлок и в самом деле был замечательным воином. Застигнутый врасплох, яростно сражаясь, он сумел уложить обоих вурдалаков, сопровождавших бродячего вампира, что уже месяц наводил ужас на окрестные деревни. Но справиться с их господином рыцарь не сумел. Носферату же, перебив всех, кого нелегкая принесла в ту ночь под крышу постоялого двора, пресытился и кровью и смертью, и теперь жаждал развлечений. На глазах у изувеченного, изломанного Роберта нежить сначала изнасиловал, а потом выпотрошил и разделал, точно повар крольчиху, молодую супругу рыцаря.
Самого Дрейдлока вампир добивать не стал.
Его так и нашли на залитом кровью постоялом дворе - лежащего на полу с головой Тамары на груди...
Я так хорошо, так подробно знаю эту историю, потому что слышал ее от самого Роберта Дрейдлока. Он рассказывал мне ее девять лет назад, сидя в огромном черном кресле, согбенный, с волосами белыми, как снег, пустыми глазами и холодной ненавистью в голосе. Мессир Дрейдлок, чтобы я нашел существо, лишившее его жены и ребенка, но не убил, а привел к нему - живого. Точнее, достаточно немертвого, чтобы он, тот, кого когда-то называли Са-Таранак, мог вернуть носферату боль, ужас и безысходность, так щедро выпавшие на его долю. Вернуть сторицей.
Я не знаю, что и как долго делал Роберт Дрейдлок с тем вампиром. Говорят, он не поднимался из подвала почти неделю.
Зато я знаю, что последовало далее. Едва ли у кровососущего племени когда-либо существовал враг более яростный и неукротимый, нежели мессир Дрейдлок. Уже через год после вышеописанных событий и смертные и немертвые начнут называть его Колосажатель и - клянусь всеми шестью Адскими Герцогами! - едва ли можно было придумать прозвище точнее! Позабыв про семейные дела, про карьеру, про положение при дворе, тратя направо и налево состояние, впавший в неистовство рыцарь огнем и мечом выжигал вампирские гнезда, охотясь на носферату по всему Уранийскому протекторату и выбираясь за его пределы.
Несколько раз его арестовывали за нападения и на легализовавшихся вампиров, отказавшихся от охоты на смертных. Роберту грозили рудники, но связи семейства Дрейдлоков, их близость к герцогу Хорину, к тому времени как раз ставшему регентом, помогали безумному мстителю выйти из воды сухим.
Его пытались заполучить в свои ряды ордена Инквизиторов и Экзектуров - соперничающие братства, профессионально занимающиеся охотой на нечисть. Иметь такого бойца в своих рядах они почитали за честь. Мессир Дрейдлок отринул все предложения. Его личный поход против носферату не имел ничего общего с целями и моралью обоих орденов. Все, чего хотел Колосажатель - это видеть, как бьются в гробах пронзенные осиновыми кольями тела вампиров.
В конечном итоге, неукротимая ярость мессира Дрейдлока напугала даже видавших виды вампирских баронов - и диких, и тех, что уже легализовались. Поговаривают, судьбу рыцаря решал лично Некромейстер Алан. На тайном сходе было принято решение остановить Колосажателя.