— Ну, так вот получилось, — начал, было, Толя, но старик, досадливо махнув рукой, не стал слушать.
— Дак ежели не хаживали оба, то крепко рискуете… Шилка такая речка! Пороги, быки, скалы то есть, посреди русла. А ближе к Аргуни, так там берега отвесные! Может так шарахнуть, что и костей не соберёте! А водовороты! Вот Чёрная впадает в Шилку, чёрт, а не речка, так крутит, што опрокинет лодку за милую душу…
— Но люди как-то плавают?
— Плавают, отчего не плавать. Так они живут речкой. Вы, право слово, чумные! Мужики, вроде, не молоденькие, а што это вам приспичило?
— Ну, так я ж говорю, ни разу не плавали… Короче, приспичило, дед, приспичило.
— Ему? — показал коричневым пальцем старик на молчаливого гостя.
— Можно сказать и так, — подтвердил тот. И вертолётчик тут же толкнул под столом ногой: помолчи пока.
— А то я и думаю, што это Толик хочет машину на лодку променять? Ну, раз приспичило, берите мою, она в сарайке стоит. А хотите, так и новую можно купить. Наш завод до чего дошёл: раньше катера строили, а теперь лодки деревянные клепают, мебель собирать стали…
— Нам и старая сгодится…
— …И ты скажи, речка-то как обмелела, — толковал о своём старик. — В иных местах вброд переходят, тракторами переезжают, право слово, тракторами! Когда такое бывало, чтоб по речке на тракторе? Дам я вам лодку, дам. Тольки тут такое дело, мотора-то у меня нету. С месяц как продал тут одному. Мне ж Сашка «ямаху» эту привёз ещё годов пять назад… Ох, и мотор был, право слово — зверь, а не мотор. А приёмистый какой! Но, главно дело — приспособлен к мелкой воде, можно было под углом ставить… Вот этот парняга и пристал: продай, дед, да продай. Ну, я подумал, подумал и продал. Я ж теперь — всё! Отплавался! — И старик, кашлянув, торжественно завершил. — Я, Толик, и машину продал! Вот так вот!
— Дед, ну ты даёшь! Как же без машины? — ахнул вертолётчик.
— А на кой она теперь? Внучкам она не нужная… Если только тебе, так и тебе она зачем? Надо, как говорится, подметать за собой, прибираться. Эх, знать бы, што вы заявитесь, приберёг бы мотор… Надо было позвонить, Толик, предупредить.
— Ага, предупредить надо было, предупредить, — искоса взглянув на компаньона, усмехнулся вертолётчик.
— Ну, тогда можно и тут моторку найтить. Вот у мого соседа и моторка есть, и парень евошный на каникулах. Сговоритесь, так он за деньги и повезёт. А если на веслах, то берите мою лодчонку. Тольки как бы не рассохлась…
— Мы токо… это… назад вернуть не сможем.
— А вы куды это собрались, обормоты? Не в Китай ли? Штой вы не договариваете…
— Тут, Матвеич, какое дело… У Николая проблема с документами, а ему край в Хабаровск…
— Так надо было на станцию, там попросились бы в вагон, проводницы берут. За деньги што ж не взять…
— Это раньше, дед, можно было, а теперь на дорогах строго, закон приняли такой: кто без документов — террорист. Слышал же, машину взорвали. И с заставы хлопцы сбежали с оружием… Теперь кругом патрули, и на железке, и на трассе, и получается, честным людям без документов нету хода. А к космонавтам токо попасть, такое припишут — не отмоешься… И от шо теперь Николаю делать?
— Потерял, говоришь, документ? — строго посмотрел на Николая старик.
— А ему к жене надо срочно, а то, сказала, разведётся. Уехала она к родителям от него в Хабаровск, — на ходу завивал подробности вертолётчик.
— Ну, потерял и потерял, так из дома должны подтвердить: есть такой, прописанный. В милицию заявление снесёшь, расскажешь: мол, так и так… Они там справку какую-никакую дадут, и лети до жены голубем.
— Так в том-то и дело, шо он завязывал уже не раз. Не, нет он ещё белочек не ловил, токо баба у него злая. Последний раз говорит, сходимся! А как узнает, шо паспорт потерял, сразу поймёт — это по пьяни, — несло всё дальше в дебри вымысла компаньона. — Не хочет он ей говорить, шо паспорт потерял. Обещал в окончательную завязку уйдёт… Ну, не удержался мужик, выпил, и так неудачно. Главное, Коля — мужик хороший, но баба у него такая стерва… И не спорь! — повернулся он к компаньону. — Ты её всё защищаешь, а она стервоза… Я б так давно развёлся! — Беглец, сцепив пальцы в замок, еле сдерживался, слушая вертолётную ахинею.
— А што это ты за него всё рассказуешь? Што, Николай, молчишь? Где паспорт-то потерял? Надо было у людей поспрошать, может, его в милицию давно снесли…
— К сожалению, я не помню, — теперь пришлось врать самому.
— Дак вам куда надо-то? Вы што, в Хабаровск на лодке?
— А нам поближе к Могоче добраться, а там Коля сядет на поезд.
— А што же, в Могоче закон, который про террористов, не соблюдают? — сходу уличил старик. — Тебя, Толик, што, до сих пор тянет туда? — непонятно для беглеца спросил старик.