— Эх, какие красавицы! — заметив интерес пассажира, счёл нужным отреагировать Алексей Иванович. — Вы знаете, когда в конце восьмидесятых разрешили морячкам ввозить подержанные иномарки, мужская часть населения как с ума сошла. Сухопутным поначалу они доставались большим трудом, за машину готовы были и квартиру отдать. Да, много присосавшихся к этому делу было, и криминала, само собой. Но постепенно всё цивилизовалось, образовался какой-никакой бизнес, так нет, надо было взять и все порубить! А здесь, поверьте, пол-России перебывало, и все исключительно за автомобилями. И тем, кто отдавал последние деньги, приходилось машину домой доставлять, что называется, самогоном. И что там они пригоняли в Красноярск, Омск или Челябинск по бездорожью можно только догадываться…
Ну, нет у нас нормальной дороги от Хабаровска! Обещали, обещали построить, да всё никак… И зачем только стройку затевали?
Так ведь затевали не для деликатных японских авто — для военных тягачей, а они-то пройдут, усмехнулся беглец. Собственно, для военных и БАМ строился, не для людей же! Да это Пустошин и сам знает. Но эта дорога крайне важна, а то Транссиб слишком близко к границам Китая.
— А вы сами как? Увлекались машинами, может, коллекционировали? — перешёл с глобальной темы на личную Алексей Иванович.
— У меня к ним было утилитарное отношение — использую… использовал строго по назначению.
— Да, конечно, вам было чем выделиться. Вы что ж, как Рокфеллер, ходили в потёртом костюмчике?
И здесь нечем было похвастаться: до нужной кондиции не успел протереть. А Пустошин уже бежал дальше и, судя по всему, у него было заготовлено много разнообразных вопросов:
— Нет, вы, действительно, намеревались стать президентом? А пост премьер-министра что, не подходил?
— Да как-то всё не мог определиться. Вот дали время на раздумье, много времени, — попытался отделаться иронией расспрашиваемый.
— Ну, будем ждать! Вы уж с решением не задерживайтесь, — с серьёзным видом попросил Пустошин, но, не выдержав, рассмеялся. — А я бы хвастался: сопровождал претендента на престол!
Претендент на шутку не отозвался, машина как раз проезжала очередной милицейский пост. Но и на этот раз остановили несколько машин только с левой половины дороги. Облегченно выдохнув, они миновали посёлок Вяземский, а скоро показалась очередная заправка, а рядом с ней городок Викин. И Пустошин, притормозив и въехав на площадку, встал очередь за красной машиной.
— Сейчас бензинчика зальём и покатим дальше…
Деньги Алексей Иванович принял без лишних слов и, заправившись, отъехал в сторону, где уже, как маленькое стадо, отдыхало несколько разноцветных автомобилей.
— А что, если нам тут и перекусить? Как вы на это смотрите? Я думаю, пора…
— Скажите, сколько мы проехали?
— Да больше двухсот! А что, хорошо ведь идем, а? — бодрился Пустошин. Он уже перебрался на заднее сидение и газетку расстелил, и пакеты с провизией достал, и бутерброды на салфеточку выложил.
— Вы знаете, я признаться, сомневался, но всё идет как по писаному. Тьфу, тьфу, не сглазить! Вы берите, берите помидоры… Знаете, белый хлеб с маслом и хороший спелый помидор — это очень даже ничего. Вот этот красно-синий — это наш, местный сорт… И колбаска ваша, смотрите-ка, оказалась вкусной…
И пришлось кивать головой: да, очень даже нечего! Но, в очередной раз подняв кружку, взгляд уперся в фотографию, там за столом плечом к плечу сидели два правящих лица… Мокрое донышко очертило, выделило их изображение на газете тёмным кругом. И здесь достали! Напоминают, как бы кто не забыл… И хоть Алексей Иванович старался, призывал: ешьте, ешьте, доедал он уже нехотя, через силу. Надо же, как серая мокрая газетная бумага может перебить вкус спелого дальневосточного помидора!
И когда прибрались, и сидели покуривали, и Пустошин с каким-то своим значением проговорил:
— Старик Белинский в своё время сказал: деньги — это солнце жизни… Вы как, разделяете его мнение?
— Белинский? — переспросил беглец и усмехнулся: зэковском языке белинский — это белый хлеб. — Ну, если сам Белинский! Наверное, классик был прав.
— Да я, собственно, не о Виссарионе Григорьевиче, а про то, действительно ли деньги и только деньги были вашей целью? Вы скажите: да кто не хочет! И будет те правы. Только люди, знаете ли, ведь в большинстве своём лицемерны. Все хотят быть богатыми, особенно, когда для этого ничего не надо делать. А вот, если получить наследство, найти клад, выиграть в рулетку — это с большим нашим удовольствием! А вы что на сей счёт думаете? Какое ваше мнение? — завершил пассаж Алексей Иванович.