Даже не дожидаясь смерти, солдат отвёл клинок назад и сократил разрыв. Щит частично потерял вес, когда воин испустил дух и отпустил топор, хотя само оружие всё ещё оставалось зажатым.
Брут, с бешено колотящимся в груди сердцем, отступил на несколько шагов и огляделся. Бурлящую массу морини теперь сдерживала тонкая стена щитов. На какое-то время этого хватило бы, но ненадолго.
«По моему приказу линия начнет организованный отход по улице в сторону форта».
Он сделал глубокий вдох и повысил голос, чтобы подать сигнал Фронто, чтобы тот вернулся с улицы.
«На счет пять нанесите удар, затем сделайте два шага назад и перестройтесь».
«Раз… два… три… четыре… пять!»
Тридцать человек дружно выставили щиты и нанесли удары в толпу воющих галлов, отступили на два шага и снова сомкнули щиты.
«Отлично!» — проревел Брут. «Теперь повторяем движение, пока не доберёмся до форта. И я не могу позволить себе потерять линию, так что любой погибший будет удержан из недельного жалованья!»
Несмотря на сложившуюся ситуацию, по отчаянной защите пронесся смех, и Брут выпрямился.
«Ну вот… Один!»
Дальше по улице Фронтон услышал выкрики Брута и с облегчением вздохнул. Возможно, они всё-таки выпутаются. Наблюдая за приближающимися людьми, отколовшимися от войска Брута, он снова почувствовал укол тревоги, осознав, как мало солдат оставил себе его коллега-легат, чтобы преградить путь врагу.
«Эй, ребята, — обратился он к легионерам, охранявшим окна. — Вы будете удерживать позицию, пока арьергард не подойдёт к вам, а затем построитесь и присоединитесь к их строю, когда они отступят.
Зажав нос, он посмотрел на лезвие, висевшее у него в руке. Он ещё даже не пролил кровь. Вот каково это – быть обычным командиром? Командовать людьми, не вмешиваясь в их действия? Моргнув, он снова сосредоточился на большом отряде солдат, замедлявших движение по мере приближения к нему. Сейчас не время размышлять о сути командования.
«Вы, ребята, идёте со мной. Я хочу, чтобы вы построились в стену щитов для наступления. Большая часть противника, возможно, позади нас, но между нами и спасением могут оказаться галлы. В конце концов, кто-то пытался поджечь ворота. Постройтесь и приготовьтесь к наступлению в строю».
Легионеры, представлявшие собой беспорядочную смесь Седьмого и Десятого полков, быстро построились в колонну шириной в десять человек, причем передняя линия держала щиты поднятыми, готовыми встретить любое сопротивление.
«Вперед ровным маршем».
Медленным, решительным шагом марширующего легиона колонна защищённых и вооружённых легионеров двинулась по дороге к лагерю. Здесь, наверху, дома горожан-морини – мятежников? – терялись, и лучники в окнах не угрожали им. Вместо них появлялись небольшие сады, огороды, загоны для скота и участки пустырей.
Они подошли ближе, пока наконец тропа слегка не повернула, открыв им первый отчётливый вид на форт. Фронто ухмыльнулся. Руфус действительно потрудился над своими укреплениями. Вокруг форта вырыли дополнительный ров, а стыки между ним и валами нового поселения расчистили и прорезали, а рвы протянулись сквозь них.
Дым, который, казалось, шёл от попытки поджечь ворота, оказался обугленными, тлеющими остатками попытки морини создать винею — защитное мобильное укрытие, — которое они, по-видимому, использовали для прикрытия тарана. Сам таран теперь представлял собой огромный чёрный пепел в центре дымящейся кучи, шипящий под дождём.
Форт держался, и держался хорошо. Количество взбитой грязи и разрушений вокруг внешнего рва, а также груды тел внутри него говорили о том, что осада, вероятно, длилась второй или даже третий день.
«Вперёд, ребята! Всё чисто», — крикнул он легионерам.
Наверху ворот, на парапете, появилось несколько фигур. Человек с поперечным гребнем на шлеме, видимый в свете догорающего факела, обернулся и выкрикнул команды. Фронтон не расслышал, что именно сказал этот человек, но среди них определённо были слова «римлянин» и «рельеф».
Ворота форта начали распахиваться, и дежурный центурион со своими людьми вышли наружу в полном боевом строю, выглядя с таким облегчением, какого Фронто никогда ещё не видел. Наступающие остановились, и Фронто вышел вперёд.
Центурион отдал честь и ухмыльнулся. Лицо его было чёрным от сажи, под глазами залегли тёмные круги.
«Очень рад вас видеть, сэр. Могу я спросить, какие легионы вы привели?»