«Здесь, конечно, тише», — пробормотал Фронтон. Галронус лишь кивнул и сам выглянул в окно, пока Фронтон поднимал ключ и отпирал дверь. Снова взвалив на плечо вещмешок, легат толкнул дверь и вошёл в комнату.
Галронус повернулся к двери и заглянул в комнату, освещенную ранним вечерним солнцем, льющимся через окно.
Его рука тут же потянулась к мечу, а взгляд сосредоточился на том, что находилось между ними и окном.
Тело Луция Сильвана, бывшего карнизона Восьмого легиона, опытного офицера и владельца паба «Сметающий Орёл», раскачивалось взад и вперёд, ритмично заслоняя солнечный свет. Лицо его было искажено, распухший багровый язык вытянут, а шея, на которой была затянута петля, вывернута под неудобным углом. Половицы под раскачивающимся телом были завалены обломками.
Когда Галронус обнажил свой длинный галльский кавалерийский клинок с рашпилем, он крикнул предупреждение Фронтону, который вошел в комнату, не глядя вперед, все внимание его было приковано к попытке вытащить тугой ключ из двери.
Но он опоздал. Когда его меч освободился, а рот открылся, из-за двери появилась тень, обхватила Фронтона за шею и утащила его прочь.
Фронто удивленно вскрикнул где-то за дверью, оставаясь невидимым.
В отчаянии Галронус выхватил свой тяжелый клинок и, прищурившись и сделав обоснованное предположение относительно взаимного расположения Фронтона и его противника, вонзил клинок в тонкую щель между досками в двери, разбив их в стороны, когда лезвие легко прошло насквозь.
Он был вознагражден нечеловеческим криком и, с некоторым трудом вытащив меч из-за досок, с большим удовлетворением заметил темную маслянистую кровь, покрывающую клинок.
«Черт!» — раздался голос из-за двери.
«Этот ублюдок убил меня!» — добавил второй голос.
«Черт!» — повторил первый.
Не послышался и голос Фронтона, оба говорили на южногалльском диалекте, что не подтвердило Галронусу, что их поджидают по крайней мере двое убийц.
Внезапно Фронто, пошатываясь, снова появился в поле зрения, одной рукой сжимая горло там, где его на мгновение задушили, другой тянусь к мечу, одновременно отступая к раскачивающемуся телу.
Не дожидаясь Фронтона, Галронус вошёл в комнату и повернулся к мужчинам за дверью. Один из них держался за живот, кровь лилась между его пальцев и стекала на пол, одновременно стекая с лица. В другой руке он держал охотничий нож для свежевания, чистый и неиспользованный. В нескольких футах от него второй мужчина держал такой же нож, но уже отходил к окну.
«Нет, не надо». Офицер Реми обернулся вслед за движением мужчины и прыгнул, словно дикая кошка, взмахнув мечом в прыжке. Несостоявшийся убийца в мгновение ока принял решение: бежать к окну или попытаться защититься от этого безумца. Решив, что ему не успеть добежать до окна, он развернулся и взмахнул ножом, когда кавалерист набросился на него, опуская меч в такт движениям его тела.
Фронто с ужасом и заворожением наблюдал, как мир, казалось, замедлялся.
Галронус ударил убийцу ногами, обеими пятками ударив его по колену, раздробив ногу безнадежно. В тот же миг его клинок опустился, и, пока колено отводилось назад, тяжёлый клинок глубоко вонзился в торс мужчины в углу между шеей и плечом, вонзив в него фут глубиной.
В тот же миг безнадёжно превосходящий его убийца нанёс удар ножом. Рука Галронуса в последний момент поднялась, чтобы защитить лицо от удара, и нож вонзился ему в предплечье, аккуратно проскальзывая между двумя костями и пронзая руку по самую рукоять.
Неудачливый убийца был мёртв ещё до того, как его тело опустилось на землю. Фронтон смотрел, как Галронус стоял, стиснув зубы, и, морщась, вырвал клинок из руки, брызнув кровью.
«Мне бы не помешало допросить его».
«А как насчет другого?» — небрежно спросил Галронус, но, взглянув через комнату, понял, что мужчина вонзил свой тяжелый нож глубоко себе в сердце, чтобы положить конец мучениям от раны в животе, из-за которой ему, возможно, потребовался бы целый день, чтобы умереть.
«Теперь мы понятия не имеем, почему все это».
Галронус пожал плечами. «Мне кажется, твой друг-бармен должен знать; он наверняка был в курсе. Может, спросить его?»
«Не думаю», — тихо ответил Фронтон, убирая меч в ножны и закидывая на плечо свою сумку. «Если он знает, то, наверное, и половина людей там знает. Никто, похоже, не слишком обеспокоен отсутствием Сильвана, а он болтается там меньше суток. Полдня , я бы сказал. Если мы не хотим столкнуться лицом к лицу со всеми венскими нищими, нам лучше резко смыться и устроиться на ночь где-нибудь к югу от города».