В поезде, лежа в купе спального вагона в полном одиночестве, он размышлял над последней фразой Игоря Владимировича, которую тот произнес, кривляясь и подражая голосу покойного, и в то же время вечно живого вождя мирового пролетариата: «Припомните историю, батенька. Побеждает тот, кто действует решительно в нужный момент и в нужном месте. Колеблющиеся, как правило, проигрывают. Это может подтвердить и нынешний почти президент, который всегда побеждал потому, что никогда не колебался, и потому, что всегда колебались его политические оппоненты».
Кого он имел в виду под термином «почти президент», Бирюков спрашивать не стал.
Прибыв на Ленинградский вокзал, Александр Петрович сразу пошел к поджидавшей его машине, возле которой курил его водитель. Когда они отъехали уже на приличное расстояние, раздался грохот, судя по всему, со стороны вокзала. Водитель и Бирюков машинально посмотрели друг на друга, и Александр Петрович почему–то пожал плечами. Через десять минут зазвонил телефон.
— Алло, — сказал Бирюков, достав телефон.
— Александр Петрович? — раздался жизнерадостный голос Сидоренко. — С приездом. Николай Иванович очень просил вас приехать. Он сейчас у себя.
— Хорошо. Сейчас буду, — ответил Бирюков и, повернувшись к водителю, коротко бросил: — В лабораторию.
Пройдя в кабинет Кардинала, он увидел, что уже почти весь Совет был в сборе. Все с некоторым напряжением, но вполне спокойно слушали Указ Президента о введении чрезвычайного положения. Руководители подполья ожидали этот Указ с момента получения информации от французской спецслужбы о тайной встрече высокопоставленного кремлевского чиновника с чеченскими лидерами на юге Франции. Французы также раздобыли информацию о переводе баснословных сумм из офшорных банков на «чеченские» счета, оформленные на подставных лиц. Аналитический отдел Партии был един во мнении, что готовится переворот, целью которого является введение чрезвычайного положения и перенос выборов президента на неопределенный срок.
— Итак, коллеги, каковы, по вашему мнению, должны быть наши действия в сложившейся ситуации? — спросил Романов, обведя всех невеселым взглядом.
— Моя точка зрения — выжидать. Прекратить на время всякую деятельность, — сразу же ответил один из членов Совета.
Разгорелась жаркая дискуссия, в которой не принимали участия только три человека: Романов, сидевший сзади от него Сидоренко и Бардин. Романов внимательно слушал мнение каждого. Сидоренко сидел с непроницаемым лицом. Бардин рисовал какие–то странные фигурки.
— А вы что думаете, Николай Иванович? — спросил Романов после того, как высказались все.
Кардинал оторвался от рисунков и холодным, ничего не выражающим взглядом посмотрел сначала на Романова, а затем поочередно на всех членов Совета. Даже Кот, который общался с Бардиным чаще всех из присутствующих, являясь, по сути дела, помощником не председателя Партии, а ее духовного руководителя, почувствовал легкий холодок внутри. Внезапно все ощутили одно и то же — дискуссия была пустой тратой времени. Все будет так, как решит Бардин. Каждый напряженно ожидал ответа Николая Ивановича.
— Я полагаю, уважаемые коллеги, — сказал Кардинал, убедившись с помощью какого–то известного только ему способа, что контролирует ситуацию, — нам надо быть готовыми к реализации любого варианта нашего Стратегического плана. Я же прошу тайм–аут на несколько часов, после чего выскажу свое мнение. А сейчас, я думаю, Александр Петрович сообщит нам об обстановке в Питере и действиях нашего питерского филиала.
«Монстры»
Как сообщили в среду высокопоставленные чиновники американской, британской и российской правоохранительных систем, российская организованная преступность отмыла, как минимум, 15 миллиардов долларов по указанию Бориса Ельцина. В интервью чиновники сказали, что эта сумма может включать и 10 миллиардов долларов займа, выделенного Международным валютным фондом.