Да, да люди заинтересованы в том, чтобы справедливость восторжествовала, и поэтому готовы помочь, а также поддержать его величество деньгами. Кроме того, они полагают, что он, Василий, при вступлении на трон Византии не забудет их глубочайшей поддержки, во время скрути.
Василий прочел письмо еще раз, а потом спрятал его подальше. Оно грело его амбиции. Ах, як оно грело его эгоизм. И даже здесь, на соломе и среди плесени и крыс, он ощущал так нежный запах власти.
Письмо дарило надежду, заставляло думать о будущем, верить в свою восходящую звезду. И Василий вдохновенный этим сладко задремал.
3
Василий сел на пол и начал вспоминать. Его мысли блуждали далеко-далеко, где-то еще в далекий тысячу пятисот девяносто шестой год. Год, когда он впервые узнал, что такое предательство.
Именно тогда, он был впервые заключен в тюрьму. А ведь тогда, он совсем не имел никакого дела к тому, что происходило во дворце. Но никто об этом и слушать не хотел. Тогда сенат, конечно же, не без ходатайства Ирины, вынес ему приговор, о котором он боится вспомнить до сего дня.
Сенат тогда потребовал его казни. Но так как вина его была не слишком большая в том деле, и так как он все рассказал, что от него требовалось, то Василия отпустили. Помиловала его императрица, взяв во внимание, что он молод, а также упрекнув достопочтенным господам сенаторам, что людей «мы должны не только наказывать, но и воспитывать», тоесть, давать надежду на будущее.
Но предательство, оно было не со стороны дворца. Нет. Там никто этим не занимался, тогда. Но вот родственники его матери – принцессы Шарлотты, словно отказались от нее и ее сына. Они даже молча дали, свое согласие на казнь все заговорщиков, включая и его самого, если такое потребуется.
Да, его жизнь совсем не мед. А кто виноват? Он сам? Нет, нет, и еще раз нет, он не виноват, что с ним так поступили. Именно поэтому он так хочет приобрести власть, чтобы наказать всех за все. И что в этом такого?
Василий еще раз попробовал заснуть, но у него это не получалось. Он опять думал о посетителе, о письме, о своем бегстве. Он предался мечтам, так что даже не и оком не моргнув, как задремал.
Эму снился дворец, красивый, царский дворец с большим тронным залом. Все то, о чем он только и может мечтать.
Он сладко спал, даже не слыша, как у стены бегали крысы. Он мечтал. Он растворялся в этой мечте. И даже эта маленькая, сырая камера в глубине императорского дворца не могла никак отравить его мечту.
Глава 8
А вот госпожа Шарлотта не смогла и глаз сомкнуть. Всю ночь она писала письма ко всем своим влиятельным родственникам, начиная с Генриха, короля Франции и Роберта, короля Арелата.
Узнав о том, что ее сын под стражей в Царьграде, Шарлотта искала все возможные средства, чтобы его оттуда вытащить. Мысленно она проклинала Фотидус ее матерью. Ведь именно они обе втянули ее сына во все это. В этом Шарлотта не сомневалась.
Сидя в своем замке в Гере, она изо всех сил пыталась что-то делать. Но пока все это получалось не очень хорошо. Единственный, кто обещал хоть как-то помочь, был граф Рубер, из Шароле, ибо его родной брат – герцог Бургундии, имел все-таки связи не только во Франции. И больше никто ничего не обещал.
Сегодня она написала уже шестое по счету письмо двум королям, и седьмое некоторым герцогам. Но вряд ли они ответят ей как-то иначе, нежели все предыдущие разы.
Шарлота легла в постель. Она устала. Да она так устала от всего этого. Но, видимо никакого просвета во всем этом пока не намечалось. И она с грустью прошептала за сына «отче наш» и, сомкнув глаза, уснула.
1
А вот принцесса Ирина наоборот не спала. Она получила новые сведения от своей служанки, и немного теперь ждала к себе в гости Феодору, давнюю знакомую, которая была ее хорошей подругой, а вместе с тем и ее тайными ушами, где это надо.
Сама же Феодора большой моральностью не страдала, от слова совсем. Женщиной она была очаровательной, но за этой красотой пряталась холодная душа. Поэтому, Феодора так легко могла находить общий язык со многими нужными людьми.
Что же до самой Феодоры, то она была дочерью друнгария Мартина. Но отец погиб, а мать вышла замуж во второй раз за торговца Артрида. У того было и своих трое детей от первого брака, так, что еще чужых детей ему-то не очень и надо было. Но он решил поступить разумно, и пристроил Феодору ко двору. Императрица, узнав, что это дочь бывшего командира ее войска, взяла ее к себе. Здесь и началась ее настоящая жизнь.