– Как дела? Как там мой кузен поживает?
Софи озадаченно поморгала. Какой-такой кузен? Но все-таки сообразила:
– Ты про Софрона говоришь? Про него ничего не знаю. Мы не пересекаемся.
Маринка аж взвизгнула от восторга:
– Класс! Я тебе ведь об этом же и говорила. Он ничего, кроме своих компьютерных игрушек, не замечает.
– Это да, – согласилась с ней Софья. – Но я тебе вот по какому поводу звоню: у меня сестра одна осталась. И просит помочь. А мне элементарно некогда. Лариса, кстати, угрожает отдать дочь в дом малютки, типа она одна не справляется. Ты не могла бы к ней заскочить и узнать, что надо?
– Кто просит? Лариска? – Маринка уничижительно фыркнула. – Она просить не умеет. Она только чрезвычайно требовательно указывает всем окружающим, что они должны сделать, чтоб ей жилось комфортнее, – уточнила со смешком. – А почему она одна осталась? Ушла же вроде только ты?
После объяснения Софьи задумчиво протянула:
– Похоже, к ней нужно взять мою мамочку. Она умеет напугать нерадивых мамаш до поросячьего визга.
Софья припомнила, что Раиса Дмитриевна состоит в комиссии по делам несовершеннолетних их района и очень ответственно относится к своим обязанностям. А что? Это выход. Сестра уж очень верит в то, что ей все обязаны, вот пусть и разъяснят ей ее права, а также обязанности. Для нее это будет очень даже полезный опыт. А то двадцать лет, ребенка родила, а ума все еще нет.
– Хорошо. Подгузники я для нее сейчас закажу на каком-нибудь маркетплейсе с доставкой. Сегодня привезут. Но сама не поеду, даже если и выдастся свободная минутка. Не хочу скандалов.
– Да, по скандалам она любому коучу мастер-класс покажет, этого у нее не отнять. Похоже, это природный талант. Но ты не волнуйся, мы с мамулей к ней заскочим как-нибудь на днях, это же недалеко.
Они с Маринкой ходили в одну школу и дружили с первого класса, и, естественно, много раз бывали в гостях друг у друга. Знали и родных. И сама Марина, и ее мать не слишком одобряли Лариску и Галину Алексеевну, но помалкивали – в чужой монастырь, как известно, со своим уставом не ходят.
3-2
Представив возмущение сестры, поговорившей со строгой Раисой Дмитриевной, Софи удовлетворенно хмыкнула. Пусть-ка на своей шкуре узнает – что это такое, когда тебя ни в грош не ставят. Да еще и подозревают черт-те в чем. Софья не сомневалась, что мама подруги не преминет донести до Ларисы свое видение ситуации, в корне отличающейся от той, что постарается выдать на-гора сестрица.
И Лариске будет не до смеха. Наверняка примется жаловаться всем подряд на подлость матери, сестры, мужа, а теперь еще и официальных органов, но все напрасно. Ведь если она, как заявляет, не справляется, то компетентные органы вполне могут ребенка у нее забрать и передать в тот же дом малютки. И хотя сама Софья в такой исход не верила, но сестру приструнить все-таки надо было, чтоб такими угрозами не разбрасывалась.
Пятница прошла в суматохе, как обычно, а в субботу можно было бы подольше понежиться в постели, но уже в девять утра ее разбудил громкий разговор в коридоре:
– У меня все хорошо, мама! Нет, у меня нет никакой соседки. Твоя комната как была закрыта, такой она и стоит. Я вообще не понимаю, для чего было ее закрывать. Я же все равно в нее не захожу. Какие девицы, мама? Куда их приводить? Мне вообще-то никто не нравится.
Софья зевнула и поднялась. Накинула халат, пригладила пятерней волосы и решила идти познакомиться с соседом заново. Или это бессмысленно? Все равно он ее не запомнит? Или наоборот, запомнит слишком уж хорошо? Вдруг будет предъявлять к ней какие-то дурацкие претензии? Решит, что она ему жить мешает и хамить начнет? Или потребует еду ему готовить?
Нет, пока все складывается наилучшим для всех образом. Она соседка-невидимка, что вполне ее устраивает. Вот только надо будет припомнить, что она съела из припасов Клавдии Дмитриевны и возместить нанесенный ущерб. Еще бы сварить что-нибудь горяченькое типа щей или горохового супа с копчеными ребрышками.
От одной мысли о супе побежали слюнки, и она совсем уж было хотела выйти и сдаться на милость соседа, как громко хлопнула входная дверь, и все стихло. Софья осторожно выглянула в коридор – пусто. Не постеснялась заглянуть в комнату Софрона – тоже. Что ее удивило – у него было чисто. Он так хорошо убирает или попросту не мусорит?