Фёргас знал, как ему жить дальше и что делать.
Отложив тетрадь, он встал и подошел к зеркалу. На него смотрел оттуда совершенно незнакомый человек. То есть Фёргас видел, что это он сам, и все же - как будто не он, а кто-то другой. Прежнее рассеянно-застенчивое выражение глаз исчезло. Теперь взгляд был прямой и жесткий, и в глубине глаз как будто появились пронизывающие буравчики. Голова села на шее как-то совсем иначе - высоко и гордо. И даже осанка изменилась! Сами собой расправились и даже стали шире плечи, а ведь он раньше никак не мог справиться с этой сутулостью! Ему показалось, что он даже стал выше ростом.
За окном давно уже рассвело, и дождь наконец прекратился. Фёргас неожиданно почувствовал, что опять голоден. Он прошел на кухню, сделал себе огромный сэндвич с сыром, и тут зазвенел телефон.
Продолжая жевать, Фёргас снял трубку.
Звонил Пит, знакомый Фёргаса еще по колледжу. Они не виделись сто лет. Их пути давно разошлись, Пит пошел учиться в школу бизнеса, а Фёргас стал историком и филологом.
- Слушай, приятель, - без предисловий начал Пит. - Я помню, ты в колледже бумагомарательством занимался. Ну, сочинял там опусы какие-то. И даже вроде премии получал, хвалили тебя за это. Говорили, стиль у тебя хороший. Было дело?
- Было..., - растерянно ответил Фёргас. - Да это ж когда было-то? Я с тех пор этим и не занимался почти... Так, разве что, для себя пописывал иногда. А ты что вдруг об этом вспомнил?
- А то и вспомнил, - ответил Пит, - что я теперь книгоиздатель. Крупное издательство приобрел. И надеюсь хорошие барыши получать. Не без твоей помощи, между прочим.
- Ты что же... хочешь, чтобы я написал... книгу?
- Конечно, хочу! И только попробуй отказаться! Давай-ка, тряхни стариной. Хватит тебе твою занудную историю литературы лоботрясам вдалбливать. Пора браться за настоящее дело! Я в тебя верю, у меня, знаешь ли, чутье с некоторых пор на таланты.
Фёргас хотел было отказаться, но вдруг его голову словно снова озарила какая-то вспышка. Он внезапно понял, что в его душе больше нет былой неуверенности и сомнений. Напротив, он был уверен в успехе!
- Отлично! - сказал он Питу. - У меня кстати есть неплохие новые идеи. Думаю, месяца через три-четыре будет у тебя новый роман. С совершенно оригинальным взглядом на историю Ирландии! И вообще на природу человека и человеческую судьбу. Сюжет пришел в голову потрясающий! В общем, сам увидишь!
- Ну вот и прекрасно! Значит, решено. На днях подпишем контракт, и я сразу же плачу аванс. Я уже уверен, что это будет бестселлер.
Положив телефонную трубку, Фёргас тут же сел за свой старенький компьютер. Наконец-то! Наконец ему выпал шанс. И он использует этот шанс на все сто, а может, и двести процентов. Он им всем докажет. Он, Фёргас Адамс, станет знаменитым писателем.
Вечером того же дня, вразвалку подойдя к пабу "Дикая лошадь", он ногой открыл дверь, и решительной походкой направился к стойке, неотрывно глядя в глаза бармену жестким пронзительным взглядом.
- Но-но, поаккуратнее... - начал было тот, но почему-то осекся и замолчал.
Вчерашний поколотивший его здоровяк снова сидел здесь. Но Фёргасу почему-то не было страшно.
- Ты погляди-ка, опять явился..., - сказал здоровяк, но продолжить не успел.
- Заткнись, дерьмо! - бросил ему в лицо Фёргас с неожиданной для самого себя злостью и энергией, и здоровяк и впрямь заткнулся, наверное, от неожиданности.
- Виски! - Фёргас небрежно бросил бармену деньги. - Да побольше! И самого лучшего! Сдачу забери себе.
Бармен услужливо подал ему полный стакан виски, и Фёргас устроился за стойкой рядом со здоровяком. Сделав глоток, заглянул ему в глаза и сказал:
- А ты запомни: меня зовут Фёргас Адамс! Запомнил? Так вот: ты еще гордиться будешь тем, что сидел рядом со мной в этом вонючем заведении!
- Да ладно, приятель, - миролюбиво ответил тот. - Я смотрю, ты смелый мужик, раз рискнул сюда снова придти. Так что ты уж прости за то, что я погорячился вчера... Уж больно день выдался хреновый. Давай еще выпьем - я угощаю.
- Ладно уж, "проехали", - снисходительно произнес Фёргас. - И забыли. Но только на первый раз...
4.
Дмитрий сидел в кожаном кресле приемной и наблюдал, как секретарша заваривает кофе.
- Директор скоро вас примет, - она улыбнулась ожидающим своей очереди посетителям, которых кроме него было еще двое, одернула короткую юбку и прошла с подносом в кабинет, слегка покачиваясь на высоких каблуках.
Дмитрий от нечего делать начал рассматривать журналы на стеклянном столике. Один из них был раскрыт в разворот и лежал обложкой вверх. Он назывался "Банковские технологии". Номер был очень старый, просто-таки древний, и Дмитрий удивился, как это он оказался среди свежих номеров прочей лежащей на столе прессы. К тому же фирма была компьютерная, а журнал явно непрофильный.