–Ах, ты такой душевный!
– Просто прелесть. Вот почему ты лежишь лицом вниз на деревянной доске, весь в синяках, с ножом между рёбер.
«Ты идиот, — сказал он мне. — Ты понятия не имеешь, в каком положении оказался. Разве тебе не приходило в голову, что я тоже работаю на Клаудио Лаэту... как и ты?»
Это было слишком вероятно, и я решил не зацикливаться на этом. В этом не было необходимости, поскольку мы оба перестали сравнивать свои впечатления от нашего замысловатого танца. Произошли две вещи. Я не заметил, как ослабил хватку на танцовщице, но она каким-то образом внезапно дёрнулась и выскользнула из моей хватки. В тот же миг другая рука схватила меня сзади за волосы и дернула. Боль была невыносимой.
Л
«Я думала, ты никогда не приедешь!» — яростно пробормотала танцовщица.
Рука, схватившая меня, отбросила меня назад, пока я не выгнулся, словно праща, насаженная на артиллерийский мул для метания камней. Осознав, что происходит, я начал реагировать. Волосы отрастают, сказал я себе, и освободил голову. Мне следовало…
Я оставила добрую горсть кудрей, но обрела подвижность. Глаза слезились, но я продолжала брыкаться и брыкаться, пытаясь освободиться.
Разумеется, мужчина, который напал на меня, схватил меня за запястье как раз в тот момент, когда я схватил Селию за руку, чтобы выронить нож. Он стоял позади меня, и я прижал локоть к боку, чтобы отразить его удары. Шквал ударов обрушился на мой позвоночник и почки; затем я услышал, как кто-то ещё вошёл в квартиру. Тем временем девушка потирала синяки и небрежно искала халат, словно мы все были всего лишь мухами, жужжащими у окна. Теперь об остальном позаботятся её телохранители.
Мне удалось освободиться, и я обернулся посмотреть, кто на меня напал. Как и ожидал, я узнал двух чернокожих музыкантов с ужина на Палатинском холме. Тот, кто схватил меня, был старшим: довольно жилистый, энергичный и злонамеренный. Другой, помоложе, был бородатым, мускулистым и имел угрожающий вид. Я попал в серьёзную беду. Именно эти двое проломили голову Валентино и оставили Анакрита умирать. На этот раз на кону была моя жизнь.
«Держи его!» — приказала Селия. Она натянула на голову одежду, но оставила её на шее. Она заплатила этим головорезам достаточно, чтобы быть уверенной, что они убьют ради неё.
И, кроме того, судя по их внешнему виду, можно подумать, что ребятам это занятие нравится.
В этом и заключается очищающее действие музыки. Судя по этим двум, Аполлон был хулиганом.
Комната была слишком мала для нас четверых. Мы стояли так близко, что чувствовали дыхание друг друга. Селия, не теряя присутствия духа, бросилась прямо к руке, державшей кинжал, схватила меня за предплечье и укусила. Остальные тоже бросились на меня, и с тремя противниками в таком тесном пространстве я вскоре был побеждён.
Селия завладела моим кинжалом. Её приспешники грубо обездвижили меня, по одному за каждую руку. Они уже собирались развернуться и ударить меня о стену, когда девушка остановила их протестующим возгласом:
–О нет! Не здесь!
Он был человеком с хорошим вкусом: ему не нравилось видеть мои мозги, разбросанные по его комнате.
Когда меня вели к двери, я запротестовал, хрюкнув:
–Ответь мне только на один вопрос, Селия: если мы обе работаем на Лаэту, почему ты хочешь устранить меня, ради всех богов?
Я проигнорировал двух негодяев, которые на мгновение перестали меня тянуть.
«Потому что ты мне мешаешь!» — не задумываясь ответила Селия.
«Только потому, что не понимаю, что происходит!» — тянул я. Эта группа убивала. Ни при каких обстоятельствах они не были на моей стороне. «В любом случае, вы слишком рискуете!»
- Если вы так говорите…
«Парилия!» — напомнил я ему. «Тебе следовало действовать в тени и не позволять себя видеть таким».
-Да неужели?
– А потом я пошёл на вечеринку, полную сумасшедших детей, где все знали, что ты вернулся в Хиспалис. Ты оставляешь слишком много следов. Я тебя нашёл; любой мог бы.
Бандиты снова начали меня тянуть, но Селия жестом остановила их.
– Кто меня ищет? – спросил он.
По крайней мере, эта пауза позволила мне восстановить силы. Чем дольше я мог оттягивать момент возможной последней порки, тем больше у меня было шансов на побег. Я проигнорировал вопрос Селии.
– Если вы действительно девушка из Испалиса, которая любит свой дом, как Лаэта вас нашла?
– Я поехала в Рим по другой причине. Я танцовщица. Я поехала в Рим, чтобы танцевать там.
– Значит, это не Лаэта послала тебя на тот ужин в твоем крошечном костюме Дианы?
–Узнай, Фалько!
– Лаэта приказала вам атаковать Анакрита и его человека?