Место гибели юноши было отмечено переносным алтарём, установленным у дороги, чтобы никто не прошёл мимо, не обратив внимания на трагедию. На надгробии стояли цветы, чаши с маслом и пшеничные лепёшки. Раб, которого мы нашли дремлющим в тени каштана, предположительно, был хранителем мрачного святилища.
Я вспомнил это место. Оливковые прессы Руфио стояли во дворе перед главным домом, рядом с тем, что, должно быть, было первоначальным строением – старым фермерским домом, заброшенным с тех пор, как семья разбогатела и переехала в более просторное, роскошное и городское жилище. В старом доме, должно быть, жили мастера и управляющие, хотя днём он пустовал, потому что его обитатели работали в полях и оливковых рощах. Должно быть, так было и накануне, когда там появился молодой Констанс.
Когда Мармаридес остановил экипаж, я быстро выскочил. Главная дорога поместья проходила через этот двор. Мармаридес снова погнал мулов и поставил экипаж на тенистой стороне, где уже была привязана лошадь; проезжая мимо, я похлопал животное и заметил, что его бока разрумянились от недавней езды. Ко мне угрожающе подошла стая белых гусей, но раб, охранявший алтарь, схватил палку и прогнал их.
Я заглянул в несколько хозяйственных построек: конюшни и сараи для плугов, винный погреб, гумно и, наконец, цех по производству оливкового масла. Он был крытым, но в стене, выходящей во двор, имелись огромные раздвижные ворота для въезда телег. Летом они были распахнуты настежь.
Для производства масла, как это принято во многих фермах, использовались две комнаты. Во внешней комнате стояли два пресса и чаны, врытые в землю. Никаких следов смерти Константа там не обнаружено. Чаны использовались для переливания отжатого масла, давая ему отстояться.
Его отделили от других жидкостей, и эта операция повторялась до тридцати раз. На стенах висели гигантские половники и множество мешков с травой эспарто. Он уже собирался их осмотреть, когда кто-то появился в арке, ведущей в соседнюю комнату, и тут же сказал:
«Их используют для сбора выжимок после отжима мякоти». Это был Марио Оптато. Поскольку я видел его лошадь снаружи, его присутствие не стало для меня сюрпризом, хотя мне было интересно, что он там делает. Оптато продолжал флегматично: «Их складывают столбиками по двадцать пять-тридцать мешков, иногда с металлическими пластинами между ними, чтобы они не съезжали… Констанс умер там».
Он указал на комнату, которую только что покинул.
Позади меня, во дворе, я услышал, как Елена и Клаудия медленно выходят из кареты. Елена пыталась удержать девушку достаточно долго, чтобы я мог взглянуть на происходящее. Оптатус тоже слышал их и, казалось, был обеспокоен их присутствием. Я вышел во двор и крикнул Елене, чтобы она не входила. Затем я последовал за Оптатусом во внутреннюю комнату.
Свет с трудом пробивался сквозь щели в стенах, выходящих на север. Я на мгновение остановился, чтобы глаза привыкли к полумраку маленькой комнаты, всё ещё наполненной лёгким, сладким ароматом прошлогодних оливок. В тесном помещении было тихо, хотя со двора до нас доносился отдалённый гул голосов.
Тело несчастного мальчика убрали, а все остальное, похоже, оставили как есть.
«Именно здесь проводятся первые операции», — пояснил Оптато.
Оливки собирают и привозят на ферму в глубоких корзинах, где их моют, сортируют и хранят штабелями на наклонном полу в течение нескольких дней. Затем их отправляют сюда на переработку. В этой мельнице оливки измельчают до состояния грубой, однородной мякоти, которую затем отправляют в соседнее помещение для отжима масла.
Дробилка представляла собой большой круглый каменный резервуар, в который ссыпались цельные фрукты. Центральная колонна во время работы поддерживала два тяжёлых деревянных рычага, проходивших через центр двух полукруглых вертикальных камней. Эти камни слегка раздвигались благодаря прочному квадратному ящику, к которому крепились деревянные рычаги. Ящик был…
Он был покрыт металлом и являлся частью поворотного механизма, который удерживал и вращал шлифовальные круги.
«Стойки вставляются в углубление в центре камня», — объяснил мне Оптато своим обычным формальным и бесстрастным тоном. «Двое мужчин обходят чан и медленно вдавливают стойки, чтобы измельчить фрукты».
– Значит, это не то же самое, что зерновая мельница?
– Нет, у пшеничной мельницы коническое основание и круглый верхний камень. Здесь всё наоборот: чаша, в которую два камня входят, как катки.