–Квинсио Атракто?
– Точно. Обычно этот парень выкладывает деньги, но обычно требуется несколько попыток, и никогда нет даже намёка на чаевые.
– Значит, если бы Атракто захотел, он мог бы решить нанять еще одну девушку?
«Да, свинья могла бы это сделать», — с горечью признала Перелла.
– Не могли бы вы рассказать Хельве?
– Нет. Этот человек – большая шишка. Он ничего не смыслит в организации. Ему даже в голову не придёт его предупредить.
– А девушка? Сможет ли она войти так, чтобы Хельва не заметила, что это не ты?
– Хельва настолько близорука, что не узнает никого, пока они не окажутся практически у неё перед носом. Любой, кто проходил мимо, играя на тамбурине, мог сразу же войти.
Так что, было решение. Я не удивился, что предполагаемый
«Хорошая девочка из Хиспалиса» оказалась не такой уж хорошей, какой казалась. Мой опыт подсказывал, что хорошие девочки такими не бывают.
Перелле больше нечего было мне рассказать. Я остался один на один с неразберихой: какие-то неизвестные артисты намеренно ворвались и заняли место обычной танцовщицы. Самозванцы знали достаточно, чтобы использовать имя Хельвы в фальшивом сообщении, что, таким образом, выглядело убедительно. Они знали эту деталь… или кто-то им подсказал её использовать. Нанял ли их лично Атракто, или сенатор просто согласился доверить это дело Хельве? И почему? Я собирался спросить сенатора, но уже подозревал, что выйти на след очаровательной Дианы и её темнокожих музыкантов будет практически невозможно.
Возможно, сам Анакритес послал их на ужин. Или кто-то со стороны (может быть, член гастрономического общества, охваченный завистью?) проник в группу художников. Возможно, они проникли в заведение по собственной воле и не имели никакого отношения к нападениям на Анакритеса и Валентино. Хотя обстоятельства вызывали подозрения, возможно, это были просто неизвестные артисты, которым не удалось убедить Хельву дать им прослушивание, и, следовательно, они реализовали свой дерзкий замысел.
Однако я сказала Перелле, что её перехитрила очень умная соперница, у которой, вероятно, были мысли не только о испанских танцах. Перелла засунула ещё пару гребней в свой полуразвалившийся головной убор пугала и бросила на меня непостижимый взгляд. Она пригрозила «свести счёты» с девушкой из Хиспалиса, и, судя по её тону, она говорила серьёзно. Я оставила ей свой адрес на случай, если её поиски увенчаются успехом.
Кстати, Перелла: если ты случайно найдешь эту девушку, будь осторожна и не связывайся с ней. Она может быть причастна к убийству, произошедшему той ночью... и к едва не закончившемуся смертельным исходом нападению на шефа разведки.
Перелла побледнела:
–Анакриту?
Когда она встала, широко раскрыв глаза от удивления, я добавил:
«Лучше бы вам её избегать. Выяснить её местонахождение — задача для агента... Для опытного агента, должен заметить».
«И ты считаешь, что справишься с этим, да, Фалько?»
— сухо спросила Перелла.
Я одарила его своей лучшей улыбкой.
Я не был готов к новому разговору с Лаэтой, поэтому выскользнул из дворца, сбегал по делам и пошёл домой на обед с Еленой. Жареные анчоусы в простом винном соусе.
Скромная, но вкусная закуска.
Елена сказала, что я тоже получила сообщение этим утром. Оно было от Петрония. Он обнаружил что-то полезное, и я пошла к нему сразу после еды. Я взяла Елену с собой, чтобы она немного погуляла, и Нукса тоже, в тщетной надежде, что лохматая собака потеряется во время одного из её патрулей, когда мы будем бродить по улицам. Петро был дома, свободен от дежурства.
Елена осталась с его женой, пока мы с Нуксом отправились на поиски моего старого товарища, которого мы нашли на заднем дворе, поглощенным плотницкими работами.
– Это тебе, Фалько. Думаю, ты будешь благодарен.
– Что это? Карликовый гроб или огромная шкатулка для драгоценностей?
– Не прикидывайся дурачком. Это будет шпаргалка.
Накс прыгнула внутрь, чтобы проверить. Петро грубо заставил её эвакуироваться.
«Ну, будет очень хорошо», – заметил я с улыбкой. Это была правда: Петро любил плотницкое дело и обладал в нём настоящим талантом. Всегда методичный и практичный, он питал разумное уважение к дереву. Он мастерил маленькую кроватку, в которой позже крепыш, уже толкавший меня каждую ночь под ребра, будет спать удобно и безопасно; у кроватки были качалки в форме полумесяца, крючок для погремушки и балдахин над изголовьем, где он будет лежать. Я был тронут.
– Да, ну… Это же для ребёнка, понимаешь? Так что, если из-за твоего плохого поведения Елена Юстина тебя бросит, она оставит кроватку себе.