«Итак, как только деревья посажены, вам остаётся только сидеть и наблюдать, как растёт ваше состояние! Тогда скажите мне вот что, сэр: какова была истинная причина визита группы в Рим?»
Я видел, как он восстановил контроль над собой.
«Это была обычная деловая поездка. Мы ездили, чтобы возобновить связи с нашими агентами в Остии и укрепить связи с нашими знакомыми в Риме. Совершенно обычная деловая поездка, Фалько».
– Да, да. Ничего необычного… кроме того, что в тот вечер, когда ваш хозяин устраивал для вас банкет во Дворце Цезарей, вскоре после этого двое мужчин, находившихся в том же зале, подверглись жестокому нападению.
Я оценил, как он старается держать себя в руках. Он решил попробовать блеф:
– Да, мы узнали об этом как раз перед отъездом.
Я поморщился и спросил, не повышая голоса:
– О, и кто вам это сказал, сэр?
Руфио слишком поздно понял, что увяз в трясине.
–Квинчио Атракто. – Хороший маневр, поскольку Квинчио был достаточно важен в Риме, чтобы быть в курсе всего.
–Правда? А он сказал, кто ему сказал?
–Он услышал это в Сенате.
«Я бы, конечно, услышал это там... если бы не тот факт, что ужин Общества производителей оливкового масла Бетики состоялся в последний вечер марта. Сенат прекращает свою деятельность с начала апреля до середины мая!» — воскликнул я с улыбкой.
Лициний почти показал, какие усилия ему пришлось приложить, чтобы сдержать себя:
«Ну, я не уверен, где он это услышал. В конце концов, Квинкций — сенатор и узнаёт важные новости раньше большинства жителей Рима».
«Этот инцидент так и не попал в новости», — поправил я его. «Высшая власть распорядилась не предавать огласке эти нападения. Его светлость и его группа уехали уже на следующий день. К тому времени о действиях убийц знала лишь горстка людей с Палатинского холма — небольшая группа сотрудников разведки и сам Тит Цезарь».
–Я думаю, вы недооцениваете важность Квинсио Атракто -
Лициний ответил.
Снова повисло короткое молчание. Я ощутил в его словах тревожную энергию. Действительно, амбициозные люди вроде Атракто всегда обладают большей властью, чем заслуживают.
Лициний считал, что необходимо объяснение:
«Как вы справедливо заметили, Фалько, ужин с двумя убитыми мужчинами стал ещё одной причиной моего отъезда. Инцидент произошёл слишком близко к дому, и мы чувствовали себя некомфортно. Мы решили, что Рим — опасный город, и, признаюсь, сбежали».
Он не был похож на человека, который обычно убегает от подобных инцидентов.
Естественное любопытство к трагедии взяло верх. Он наклонился вперёд и доверительно пробормотал:
–Вы знали этих двоих мужчин?
–Я знаю того, кто не умер.
Я сказал это намеренно, чтобы Руфий поинтересовался, кто из них выжил, насколько хорошо он его знал и что он успел мне рассказать до моего отъезда из Рима.
Возможно, я мог бы пойти дальше, хотя сомневаюсь, что извлёк бы из этого что-то более полезное. В любом случае, настала моя очередь быть неожиданно вызванным в другое место. Мы вздрогнули от шума, и почти сразу же прибежал раб и сказал, что мне лучше приехать немедленно, потому что моя одолженная лошадь, Кабриола, вошла через новый передний портик и оказалась в ухоженном саду перистиля с его прекрасно подстриженными живыми изгородями. Аппетит Кабриолы к зелени был ненасытен, и старая кляча потеряла всякое подобие сдержанности. К тому времени, как слуги увидели его, многие живые изгороди и деревья уже не казались такими изящными.
Руфио спокойно отнеслись к случившемуся и заверили меня, что львы вырастут снова. Когда я предложил им возместить ущерб, они с самодовольным видом отвергли эту идею.
Мы все открыто смеялись и говорили, что это, должно быть, месть его соперников, семьи Аннеа, которые одолжили мне лошадь.
Руфио мог себе позволить заменить живую изгородь, а я нет, поэтому я тихо поблагодарил их за щедрый жест, а затем мы с Кабриолой ушли так быстро, как только мог.
XXX
На Елене Юстине было очень мало одежды, но любые иллюзии, которые могли у меня возникнуть, исчезли перед лицом того факта, что от нее пахло
салат.
– Я вижу, ты маринуешь ребенка!
Не дрогнув, она продолжила натирать живот нерафинированным оливковым маслом.
–Кажется, это полезно для моей растянутой кожи… а если что-то останется, я смогу добавить это в еду.
–Великолепное масло. Хотите, я помогу вам его нанести?