– Ладно, – и Илья обнимает крепче. – Только не замерзни смотри. Ну давай, рассказывай, что там дальше про «лопнуть»?
– Ага, – продолжает Ирка, – про лопнуть все очень просто. Знаешь, я с самого детства очень самостоятельная. Привыкла на все свои вопросы искать ответы сама, с мамой почти никогда не советовалась. И если вопрос попадался трудный, то я с ним расправлялась очень просто – я как бы ныряла в ситуацию, представляла себя внутри, чтоб лучше видеть. Ты ведь знаешь, что изнутри лучше видно?
Она с тревогой глядит на него. Больше всего ей сейчас хочется, чтобы Илюше было с ней интересно. Когда с человеком интересно, то мысли сами к нему возвращаются. А иногда и не только мысли.
Раньше Ирка никогда про это не думала. Мужчина и мужчина. Бери и пользуйся. Чем дольше, тем лучше. Потому что если не ты, то он. И по ее наблюдениям, чаще пользовались мужчины.
Зато в этот раз все по-другому. А почему – Ирка и сама не знает. Может, дело в том, что они с Илюшей совпали, причем совпали, как детали механизма, вернее, как скрипка и смычок – раз, и заиграло то, что раньше молчало или, в лучшем случае, скрипело.
Ирка про это уже поняла. Осталось рассказать Илюше. Только бы он не испугался раньше времени. Поглядим. Все это проносится в ее голове за ту секунду, что Илюша кивает головой.
– Понимаю. Я тоже люблю все сам решать, – усмехается он, – пока, слава богу, не ошибался.
Ирка, радостная, продолжает:
– Слава богу, да. Ну вот. А я ошибалась всю дорогу. И знаешь почему?
– Почему?
– Я думаю, немножечко специально. Уж очень хотела, чтобы эта самая дорога меня к тебе привела.
Илюша поднимает брови.
– Выходит, я – твоя очередная ошибка?
– Что ты, – машет на него руками Ирка, – ни в коем случае. Ты – моя гавань. Мой порт назначения. Совсем как Яффо.
Ирка оглядывается вокруг. Корабли и лодки устало покачиваются, черпают носами остатки солнца, готовятся ко сну. Она поднимает лицо, сморит на Илью.
Он молчит, Ирке кажется, что именно сейчас Илья начнет пугаться, поэтому она продолжает быстро, почти скороговоркой:
– Не в том смысле, что я теперь прилепилась к тебе навсегда, вовсе нет. – И она усмехается: – Даже не надейся.
Кажется ей или нет, но Илюша с облегчением вздыхает.
Ирка вздыхает в ответ и продолжает говорить то, чему уже сама почти верит:
– Лодка на то и лодка, чтобы жить в море. А если лодка вздумает уплыть и увезти с собой порт, то ничего у нее не получится. Потому что порт крепко к берегу пришпилен, да и канаты у лодки лопнут. Вот и человек так же. Если вдруг представить, что ты мой не только на сегодня, а навсегда, то…
Она замолкает, смотрит на Илью, а чтобы разрядить обстановку, улыбается, смешно морщит нос:
– То я бы от счастья просто лопнула, понимаешь?
Илья все понимает и ловко переводит разговор на другую тему:
– Я понимаю, что еще немного, и ты простынешь, сидя здесь в темноте на мокрых камнях. Давай уже пойдем, а по дороге ты мне расскажешь все остальное.
– Давай, – легко соглашается Ирка, которая на самом деле уже сказала все, что хотела. Ну почти.
– А куда мы пойдем? – спрашивает она, хватаясь за его руку. – Мы едем обратно?
– Ну вот еще, обратно, – возмущенно говорит Илья, – у нас с тобой еще много приключений впереди.
– Это здорово, – почти подпрыгивает Ирка, – тогда пошли скорей.
Путь их лежит из порта на улицу Левински, ту самую Левински, которая неподалеку от Таханы Мерказит, то есть, по-русски, от автобусной станции.
– У меня есть приятель, – поясняет на ходу Илюша, – он тут недалеко снимает квартиру и как раз сейчас в отъезде, а у меня ключи. Пошли?
– Пошли, пошли, надо же нам где-то переночевать, – радуется Ирка. – А что за квартира? Там уютно?
– М-мм, – мычит Илья, – он одинокий чувак, работает на заправке, все что угодно, но только не уютно, ты уж прости. Я не захотел гостиницу нам снимать на одну ночь, понимаешь?
– Понимаю, – быстро соглашается Ирка, – чего же тут непонятного, приятель так приятель, это ж только на одну ночь. А балкон там есть?
– Не знаю, а зачем тебе балкон? – удивляется Илюша.
– Балкон – это здорово, – мечтательно тянет Ирка. – Представляешь, мы с тобой завтракаем на балконе. Во-первых, мы с тобой еще ни разу не завтракали вместе, а во-вторых – ветер с моря.
– Ох, ну ты и ребенок все-таки, – качает он головой, – настоящий ребенок.
– Мне и мама так всегда говорит, – кивает Ирка, – но это же замечательно. Зачем тебе нужна еще одна серьезная тетя, скажи?
Илюша усмехается одним уголком рта, ничего не отвечает на это ее «еще».