Я привстала на локотки, не совсем понимая, о чем она.
— … Двести пятьдесят три полоски на обоях с твоей стороны.
***
Оставшись наедине со своей болью, я осознала, что пора уже, наконец, перестать прикрываться недугом и признать: у меня зависимость. И, как бы я ни хотела, одной мне из этого дерьма не выпутаться.
Но от кого ждать помощи?
Я посмотрела на потолок, представив, что обращаюсь к Богу и пытаюсь найти ответ.
И вдруг мой телефон завибрировал. На экране высветилось:
“Привет, это новый знакомый Адриан! Надеюсь, твой день проходит ярко и насыщенно. Вечером, часам в шести, я приду к твоему подъезду и буду тебя ждать. Начнем заниматься музыкой сегодня! Жду встречи”.
Глава 17. Таблетки, чтобы просто успокоиться
Собираясь на встречу к своей загадочной молчаливой знакомой, я размышлял над тем, как эта самая встреча пройдет: что я буду говорить и как буду вести себя с человеком, который не в состоянии поддерживать разговор. Может, лучше просто молчать? А может, нужно просто взять с собой гитару и играть?
Я взглянул на свою шестиструнную и решил, что она своего рода палочка-выручалочка: если всё покатится в тартарары, я просто расчехлю гитару и начну играть. То, что продиктует мне мое сердце.
Направившись к дому Лилит, я абсолютно не представлял, куда нам можно пойти. Просто гулять по городу? Забрести в кафе? Просидеть на лавочке в парке? Все не то. Недостаточно я ее еще знаю, чтобы так бросать на амбразуру, заставлять выйти из зоны комфорта. По рассказам ее старшей сестры Марианны, Лил всю жизнь провела на домашнем обучении, да и вообще редко может позволить себе роскошь куда-то выйти самой или в сопровождении кого-то, кто не является её близким родственником. Нет. Тут надо придумать нечто особенное. Место, в котором она будет чувствовать себя защищенно, в безопасности.
И я придумал…
***
“Лили, я уже здесь. Слышишь?” — как только я прочитала сообщение, моя комната сразу же наполнилась чарующими звуками музыки, которая струилась сквозь приоткрытую форточку.
“You may say I’m dreamer
But I’m not the only one.
I hope some day you’ll join us
And the world will live as one”.[1]
Ну что это за человек, а! Я еще не успела увидеть его, как сердце уже заходится в ударах с такой импульсивной силой, будто эпилептик в очередном приступе. А какие песни выбирает этот безнадежный романтик… Будто способен именно при помощи них зрить в душу. Что он и делает, черт его возьми, с завидным постоянством.
Мои щеки снова запылали, а тело начало покрываться красными жгучими пятнами. Интенсивно я начала расчесывать шею, ладони вспотели, а в голове крутилось: “Нет, я не пойду. Я не могу пойти с ним одна. Я боюсь”. Из коридора послышался голос Марианны:
— Лил, ну что, ты готова? Судя по звукам песни Леннона, Адриан уже здесь! Давай, поторопись. Я выйду с тобой и тоже немного пройдусь с вами. А потом поеду в бар к своему артисту.
Идти, похоже, придется. Но не в таком же виде, блин! Я вытянула руки перед собой: они тряслись. Подошла к зеркалу: все тело густо покрыто красными пятнами, щеки горят. Ладно, приму пол-таблетки противотревожного. Один раз. Последний. Иначе никак мне не унять эту дрожь.
Услышав приближающиеся шаги сестры к моей комнате, я быстро подпрыгнула к своему потайному ящику, открыла замок, достала оттуда таблетки, закинула в рот и только успела проглотить, как Марианна оказалась у меня. “Успела”, — пронеслось в голове, после чего я, как ни в чем не бывало, прошла мимо сестры в прихожую, думая о том, что жаль, не успела запить таблетку водой.