Одиночки… Знакомое семейство. Он сам его чартерный член.
Но один представитель этой конкретной ветви мертв. Может быть, два, если Мелани разделила судьбу Олив.
– Трудитесь не покладая рук?
Джек, подняв глаза, увидел стоявшего рядом Лью Элера.
Выглядит еще хуже, чем утром. Совсем,что ли, не спал?
– Садитесь, – предложил он, хлопнув рядом с собой по сиденью дивана. – Хочу задать пару вопросов.
Лью устало опустился неуклюжим телом на подушку.
– Что-нибудь узнали с утра?
– Ничего полезного.
– Если посиживать тут и дремать, дела не сделаешь.
Джек взглянул на него, подняв брови.
– Извините. – Он отвел глаза. – Я просто убит, уничтожен. С каждым часом убеждаюсь все больше и больше, что никогда ее не увижу. – Прикусил губу. – С ума схожу.
– Утром вы себя лучше чувствовали, когда мы расставались.
– Да. Какое-то время… Думал, она исчезла из-за людей в черном, поэтому со мной не связывается, от них прячется. – Бедняга совсем ссутулился. – Потом себя спрашиваю, можно ли точно сказать? Если прячется, то где?Страшно представить, что с испугу забилась куда-то одна…
Похоже, сейчас снова раскиснет.
– Может быть, все не так уж и плохо, – возразил Джек. – Укрылась в каком-нибудь мотеле…
– Как? На какие деньги? Я проверил наш банковский счет, она с него ничего не снимала. Обзвонил кредитные компании, по ее карточкам ничего не выплачивалось. Словно исчезла с лица земли.
– Возможно, не одна, а с подругой.
– С Олив? – слегка просветлел Лью. – Знаете, она еще не объявилась.
– Так я и думал, – осторожно заметил он.
– До сих пор никому не звонила… Точно так же, как Мэл. Думаете, она с ней, помогает?
Джек решал, рассказать ли об Олив. Имеет Лью право знать? Возможно. Облегчит ли это ему сейчас жизнь? При упоминании о ней в глазах вспыхнула искра надежды, а правда убьет его.
Как-нибудь в другой раз.
– Не знаю, что сказать.
Конечно, не ответ, но, в любом случае, правда.
– Я все думаю о веревочной лестнице в подвале дома родителей Мэл, – продолжал Лью. – Очень странно… Она у меня из головы не выходит. Не спрашивайте почему, только я просто знаю, что это как-то связано с исчезновением.
– Хорошо, – сказал Джек, хватаясь за любую возможность покончить с вопросом об Олив. – Может, мы на нее еще разок взглянем.
– Сейчас? – с готовностью встрепенулся Лью.
– Ну, не прямо сейчас. Сначала хочу побеседовать с профессором Ромой.
– Чем он может помочь?
– Вы говорили, он часто общался с Мелани до ее исчезновения. Не знаете, они когда-нибудь лично встречались?
– Уверен, что нет. А в чем дело?
Джек рассказал, что вчера ездил в Монро, где библиотекарша видела на прошлой неделе Мелани вместе с мужчиной, на плече у которого сидела обезьянка.
Лью пришел в изумление:
– С профессором Ромой?
– Еще кого-нибудь знаете с ручной обезьянкой?
– Ничего не понимаю…
– Я тоже. Поэтому хочу с ним повидаться.
Он отвел глаза, не упомянув, что интересуется Ромой по личным причинам. Конечно, тот может что-нибудь знать о Мелани, но это сейчас не единственный повод. Надо выяснить, много ли ему известно о Джеке и как он получил информацию.
– Не забывайте про Фрейна Кэнфилда, – напомнил Лью. – Они близки с Мелани. Связаны общими узами, которых я не разделяю.
Джек взглянул на него. Не слышен ли намек на ревность?
– Впрочем, этого следует ожидать. Выросли рядом в маленьком городке, оба с физическими недостатками… – Лью тряхнул головой. – Одно время я подозревал между ними роман, потом… понял, что ошибаюсь. Мэл так со мной не поступила бы.
– Кстати, что у него с ногами?
– Не знаю. Никогда не видел… Мэл видела.
– Откуда вам известно?
– Я ей задал такой же вопрос: «Что у Фрейна с ногами?» Она сказала: «Тебе не захочется знать».
7
Остаток утра и начало дня Джек потратил на поиски Ромы, но мужчина с обезьяной словно испарились. Никто в отеле не знал, где они. Попытался посидеть на заседании, посвященном Эль-Ниньо, однако услыхал такой бред, что смылся через пару минут. Досадно – лучше бы поучил Вики основам бейсбола.
В конце концов отправился на улицу в поисках телефона. Его встретил весенний субботний солнечный день. Что делают ньюйоркцы под ясным небом в теплую погодку? Когда не надо косить газоны, выпалывать сорняки в саду, можно свободно шляться по улицам. Нынче вовсю гуляют – прохаживаются, бегают трусцой, заглядывают в магазины, закусывают, родители толкают перед собой коляски, парочки в шортах, в пляжных костюмах, бродят, держась за руки или под руку, мальчишки гоняются друг за другом по тротуарам.
Кругом голые пупки, во многих продеты колечки.
Сколько хорошеньких девушек с жутко страшными парнями, словно нарочно подбирают пару из другой породы. Интересно, задумался Джек, не скажут ли то же самое про них с Джиа? Вполне возможно.
Глядя на людей, лишь сильней захотелось побыть с Джиа и Вики. Хотя ясно – даже если бы Рома нашелся и дал ответ на вопросы, от них пока лучше держаться в сторонке.
Невозможно отделаться от ощущения, что это безопаснее для Джиа с Вики.
Отыскал телефон-автомат на углу Девятой и Пятидесятой. С боковой стены здания в полуквартале ниже по улице, где располагались офисы «Трома-филм», ухмыляется мститель с гигантской афиши. Он принялся набирать номер Джиа, инстинктивно прикрыв рукой кнопки.
Проклятье! Почему бы не получить членский билет сисупера? Окончательно им уподобился.
За исключением того, что за мной в самом делеследят.
Несомненно, такого же мнения придерживаются на свой собственный счет Кенуэй и Залески.
Что дальше? Пойти на рентген по поводу психотропных имплантантов?
Даже не помнится, когда еще так трусил.
Джиа взяла трубку.
– Привет, это я, – сказал Джек.
– Опаздываешь, – упрекнула она. – Вики ждет.
Ох, как не хочется разочаровывать Вики.
– Боюсь, бейсбольную тренировку придется отменить.
В трубке явственно послышался вздох.
– Не уверен – не обещай.
– Был уверен, что выкрою пару часов, но…
– Тогда завтра?
– Пожалуй, нет. Я…
На фоне послышался голосок:
– Это Джек? Джек?
Потом голос Джиа:
– Да, детка, хочет поговорить с тобой.
– Джек, привет! – с обычным энтузиазмом затараторила Вики. – Ты почему еще не пришел? Я еще в час надела перчатку, она уже вся пропотела внутри, пока жду. Когда будешь?
Сердце разрывалось на части.
– Ммм, прости, Вик, я тут одним делом занят. Действительно, очень жалко…
– Не придешь? – Она наполовину сбавила тон.
– Обещаю исправиться, – поспешно посулил он. – Как только освобожусь, сыграем от души.
– Отбор на следующей неделе…
Прошу тебя, пойми, пожалуйста.
– Вик, я для тебя все сделаю. Не подведу. Обещаю.
– Ладно, – пробормотала она еще тише. – Пока.
Джек прислонился спиной к стенке будки, уставившись в тротуар. Муравей полз по бровке. Со стыда можно было в пуститься с ним наперегонки.
– Слушай, – укоризненно сказала Джиа, – неужели действительно ты сейчас занят таким важным делом, что нельзя прийти с ней повидаться?
– Проблема не в этом. Мне просто кое-что не нравится.
– А именно?
– За мной следят.
– Кто?
– Точно не знаю, поэтому беспокоюсь. Не хочется, чтоб им стало известно о вас… Для вашей же пользы мне лучше держаться подальше, пока не закончу работу.
– А, – сказала она. – И когда это будет?