Будто бы я сам представлял.
После того как у Инны наступила фаза глубокого сна я вышел из дома. Подошел к машине и открыл багажник, в котором без верхней одежды лежала связанная по ногам и рукам девушка с кляпом во рту. Она достаточно промерзла но, не смотря на это, пыталась закричать и забрыкалась когда, перекинув ее через плечо, я отправился назад в дом.
А в темном сером промозглом холле страшного перекореженного дома бросил ее к Викиным ногам:
- Подготовь там все, а я ненадолго отлучусь.
- Да что опять такое? - высказала свое возмущение ведьма и схватила жертву за волосы, чтоб утащить в подвал.
- Делами своими занимайся! Я не обязан перед тобой отчитываться, - поспешил я вновь на улицу. - И давай там по-человечески! Иначе я в подвал не войду. Поняла?
Бывший дом Инны встретил холодом, прелостью и бардаком. По всей видимости, полицейские в розысках улик перерыли тут все.
На полу я наткнулся на альбом с фотографиями. Я поднял фотоальбом, открыл и на первой же фотке увидел малую девчушку с круглыми милейшими глазками, а на голове с белыми крупными воланистыми бантами.
Она принудила меня тепло улыбнуться в ответ. Тогда на многих фотографиях Инна была счастлива рядом с изящной женщиной, которая живыми и внятными глазами смотрела в объектив. И совсем не котировалась с той пьянью, которую я растерзал. Которую хотелось бить, ломать и рвать, постоянно ощущая, что ей и этого мало.
Комната моей девочки наводила на меня неподдельное отвращение. Ладно бы малоимущие, но здесь другое. Замызганная порванная тряпка висячая как попало на гардине закрывала окно. На кровати смятое серое постельное белье, постиранное в последний раз, казалось еще, когда меня в проекте не было. Порванные пожелтевшие обои как та старая газета, которую я читал с утра. Низкие закопченные потолки.
Вне себя я вылетел из комнаты, пересекая другие, чтобы поскорее покинуть этот дом. А вдогон за мной взрывались лампочки, во всех комнатах возродив яркое пламя, что обратившись пожаром, поглощало в себе все следы бытия здесь Инны. Я обернулся и щелкнул пальцем, допустив взрыв, от которого вылетели стекла в окнах.
Только я уже оказался у закрытой калитки.
***
Инна проснулась ночью и, заметив в окне оранжевые танцующие блики на небе, вскочила с постели.
- О господи, - напугалась она и занятая пожаром даже не обращала внимания на истинное состояние своей комнаты.
- Вика? - помчалась Инна в темный беспросветный коридор. - Где же здесь включатели? Вика? Папа?
- Да что такое? - послышался недовольный глас снизу.
По памяти Инна дошла до лестницы и опустилась на одну ступень прямо возле огромной дыры, в которую просто бы провалилась вся. И перевалилась через перила: - Вика?
Из подвала вышла служанка и подняла голову вверх.
- Вика пошли скорее со мной!
- Зачем?
Но Инна убежала в прежнюю уже комфортабельную комнату освещенную заревом.
- Что надо-то? - буквально вслед вошла служанка как будто и не преодолевала расстояние в целую лестницу.
- Там пожар, - указала Инна в окно.
- И что?
- Мне страшно!
- Ты что намекаешь, чтоб я почитала сказки, пока же ты не уснешь? - с усмешкой переспросила Вика.
- А где папа?
- Девочка ты уже достаточно взрослая и должна понимать, что в такое время он шляется по бабам. Чтобы не задавала этих глупых вопросов.
Ощутив, как щемит под ложечкой во рту от ее слов, Инна вновь посмотрела в окно.
- Может, сходим, посмотрим? Все равно уже не спится...
- Ты с ума сошла? - воскликнула Вика. - Это по ту сторону кладбища... Ой, парка.
Глава 7
Сумеречный холл, в котором оказалась Инна, заполнялся едкой туманной дымкой. Темные личности столпились по ту сторону жилища, нелепо передвигаясь за панорамными окнами при этом оставляя на стеклах темные разводы ладонями. Толпа наваливалась, друг на друга, и любое передвижение странным людям давалось с трудом.
Но чем ближе подходила Инна к стеклянной хрупкой преграде тем больше обхватывал ужас сковывая каждое движение и без того в устрашающей обстановке что творилась на улице.
Те иные через стекло глядели на нее мертвыми мутными глазами на синем гнилостном лице, на котором у каждого не доставало плоти. Волосы их были взлохмачены, а одежда испачкана грязью, как будто они вот-вот вылезли из-под земли... Из-под той земли, на которой построен дом, в котором проживала Инна.
Из-под пола послышались глухие удары и здесь же чьи-то высушенные руки в трупных пятнах проломили пол пытаясь поймать Инну за ноги...
Очнувшись от кошмара, Инна еще длительное время не могла прийти в себя и унять испуг, который так и не желал ее отпускать колющейся лапой стянувший грудь.
- Ну тебя Ирка, - прошептала Инна, с головой укрывшись одеялом. - Дом на кладбище...