-Как тебя зовут?
-Ася, - отвечает она.
-А я Жанна, очень приятно.
Отхожу подальше от виллис, заодно высматривая на деревьях русалок. Хоть с Мариной поговорить, раз Мирте не до меня. Хотя спрошу у Марины про странное поведение королевы, а может, и про ревенанта что новое узнаю, мне не помешает лишняя информация. Но не вижу в ветвях никого. Интересно, их правда здесь нет, или просто я их еще не вижу.
Зато неподалеку собирает ягоды мужчина в полицейской форме. Видимо, это он. Удивляюсь - зачем этому Степану здесь форма? Он продолжает работать? Хотя какие тут могут быть преступления, здесь все уже мертвые! Или он просто за порядком следит? Тоже сомнительно, если бы следил, не позволил бы никому убивать. Подойдя ближе, чувствую холод от него - хорошо, что он тоже Неупокоенный, с ним можно общаться без проблем с королевой. Хорошо, что я начинаю их различать. Он тоже замечает меня и спрашивает:
-Стало легче после вчерашнего?
-Не мне, - отвечаю я, - я только вчера умерла и на танце не была.
-Значит, ты еще и не чувствуешь.
-Да, пока не очень понимаю, как это будет. Мне рассказали всякие ужасы.
-Правду рассказали.
-По тебе незаметно.
-Я привык терпеть.
-Выходит, к этому можно привыкнуть? - уточняю я, - и убивать для облегчения вовсе не обязательно?
-Очень желательно.
-Странно слышать такое от сотрудника полиции! - возмущаюсь я.
-В мое время была милиция.
-Какая разница?!
-Я ответил на твой вопрос. Это не значит, что я это делаю или одобряю убийц.
Я спохватываюсь - я пришла не спорить, а просить о помощи. Если сейчас буду ругаться, он мне не поможет. Но с чего начать? Степан видит меня первый раз, с чего ему помогать мне? Надо было все тщательно обдумать, теперь я даже не знаю, что ему сказать. Но деваться некуда, надо разговаривать с ним сейчас. Не могу я вернуться с мыслями о посещении мир живых к виллисам, кажется, Мирта видит меня насквозь.
-Да, мне рассказали о тебе, как о человеке добром и умеющем прощать.
-Когда только успели, сплетницы, - усмехаясь, отвечает Степан.
-Ничего удивительного. Если я правильно поняла, такие люди здесь редкость.
-Редкость, да. Только мы уже не люди.
-Не могу привыкнуть.
-Привыкнешь. Мне тоже было очень непривычно на свое тело смотреть.
Я не верю своему счастью - как хорошо, что он сам заговорил об этом!
-Очень страшно смотреть, да? - спрашиваю я.
-Кому как. От причины смерти зависит.
-У меня, кажется, сердце остановилось. Не должно быть страшно?
-Не знаю, не все могут спокойно на свое тело смотреть.
-Неудивительно. А где его можно увидеть?
-Там, где и оставила, - отвечает полицейский, - на месте смерти, если не перенесли.
-А как туда попасть?
Не отвечая, полицейский отходит в сторону и внимательно рассматривает дерево. Я в отчаянии - он не хочет мне подсказать, как попасть туда! У кого же мне тогда спросить? Может, у Марины? Она милая девушка, должна помочь мне, даже если также не одобрит моих планов.
-Зачем это тебе? - спрашивает Степан.
-Что?
-Зачем ты хочешь увидеть свое тело?
-Оно все-таки мое, - отвечаю я, - оно - мое тело, а не то, в чем я сейчас.
Говоря это, я невольно шевелю крыльями. Ну вот, а я почти забыла, что они у меня есть. Лучше бы реже вспоминать, как я сейчас выгляжу.
-Ты хочешь меня заверить, что рвешься к живым, чтобы взглянуть на свой труп? И у тебя нет ни малейшего желания увидеть тех, кто там остался?
Я краснею и отвожу глаза, а полицейский продолжает:
-Хочешь явиться убийце? В новом обличье?
-Я даже не знаю, кто меня убил, - признаюсь я.
У Степана меняется выражение лица, и он говорит:
-Да? Плохо... очень плохо.
-Почему? - спрашиваю я и тут же догадываюсь, - я не собираюсь мстить!
-Конечно, ты даже не знаешь, кому.
-Я не стала бы, если бы и знала!
-Я слышал такое от новеньких.
-Ты тоже не отомстил! - кричу я.
Помолчав немного, Степан отвечает:
-Да, не отомстил. Знаешь, что тут обо мне думают?
-Что ты не убийца.
-Ага. Еще меня называли святошей, юродивым, слюнтяем и просто дураком. Вроде как-то еще? Забыл. Стараюсь не выслушивать это лишний раз.
-Какая разница, как они тебя называли! Главное, у тебя совесть чиста!
-Не могу согласиться.
-Ладно, не соглашайся, но почему ты не хочешь, чтобы я попала домой. Разве это плохо, даже если я и не свое тело хочу увидеть.
-Ты хочешь увидеть кого-то из оставшихся в живых. А представляешь, какого им будет увидеть тебя такой?