— А ее никто из них не видит, друг мой, — улыбнулся Эльстрат, — для них есть только дорога, и больше ничего. Их дело идти вперед, а не гулять по окрестностям. Не на экскурсии тут!
Когда они дошли до леса, дорожка стала уже, и начала петлять среди деревьев.
— Кто такой, этот Веридий? — спросил Захарий.
— Он был претором Сицилии, а когда мы его забрали, он понравился Владыке уровня, который увидел в нем личность, способную притягивать к себе более простые аоры. Веридий не рассчитывал на подобное, готовился к худшему, боялся, но сумел сам победить страх, чем тоже заслужил доверие. Ему дали некоторую свободу, и силой мысли он создал целый город, вспомнив до деталей свою столицу. Постепенно немалая часть ее жителей перекочевала к нему с земли. Они умирали, начинали сначала метаться, как и все, потом вспоминали родные места, шли по дороге, видели эту тропинку, видели знакомый каждому с детства лес, и сворачивали на нее. Да и сейчас постоянно сворачивают, Сицилия — остров немаленький, греховодников там предостаточно! — Эльстрат снова был в хорошем настроении. Было видно, что город за лесом ему небезразличен, и Эльстрат сам стремится туда.
— Каждый из идущих в город людей, может пройти по этой тропинке только в один конец, — продолжил он свой рассказ, — их участь решена, и души находят там свое место. Они селятся в своих же домах, живут в них, как жили и раньше. А для нас это все источник энергии. Веридий содержит свое хозяйство в порядке, и народ полностью подчиняется его воле. Они как дойные коровы, которых любят, ухаживают за ними, но которые должны отдать себя полностью, когда это потребуется.
— Мясо и молоко. — проговорил Захарий.
— Вот именно! Но мы еще будем и выбирать, что захотим от них.
— К этому Веридию много гостей ходит? — спросил Захарий.
— Много и часто, но таких как он, у нас тоже немало, просто для нас по дороге он первый. Но, чтобы ты знал, энергия этих мест, постоянно вырабатываясь, спускается ниже. Гости, вроде нас с тобой, забирают самый мизер, а основная ее часть достается Ему. Мест таких сотни, но и энергии Ему требуется огромное количество! Многие людские аоры заслужили большего наказания, и можно было бы послать очень многих из них на нижние круги, но там и так народа достаточно. Расплачиваются эти люди все равно по полной, но существовать могут в привычной обстановке.
— А какая обстановка там, внизу? — вдруг спросил Захарий.
— О! Вот опять ты заторопился! Сам все увидишь, это сложно описать. Единственное что могу сказать, так это то, что тебе там понравится! — Эльстрат хитро посмотрел на своего спутника.
За этими разговорами они быстро и незаметно прошли через лес, причем деревья словно расступались перед ними. Непролазная чаща впереди, при подходе к ней оказывалась просто милым перелеском. Вскоре они уже выходили на открытое пространство, и вдруг перед ними внизу раскинулась долина, на которой как на ладони лежал довольно большой город со множеством строений. На улицах виднелись люди, бегали собаки, кое- где вверх поднимались струйки дыма от зажженных очагов и костров. Захарий и Эльстрат стояли на вершине высоких скал, смотря вниз с их отвесных стен.
— Так, ну мы по горам не полезем! Давай руку, и перемещаемся. Нам вон к тому большому дому, — Эльстрат кивком указал на цель.
— Стой! — Захарий схватил его за плечо. — Объясни одну вещь.
— Давай, — согласился Эльстрат, — всегда рад тебе помочь.
— Этот Веридий, он как мы?
— Нет, скоро ты будешь легко разбираться в этом сам. Он такой же, как и его народ, только более сильный.
— А кто тогда я, Эльстрат?
— Ты другой. — Эльстрат дружески положил руку Захарию на плечо. — Но ты обещал мне недавно не задавать больше вопросов относительно себя. У меня все равно еще нет ответа.
— Извини, но ты сам понимаешь, что мне нелегко. Я постараюсь больше не смущать тебя. — Захарий грустно улыбнулся.
— Вот и не надо, я же сказал, что всему свое время!. Но хорошо, кое-что я тебе сейчас скажу, чтобы немного рассеять твои сомнения. Когда ты переступил черту, ты сделал это сам, что было главным условием для успеха моей миссии… Тебя никто не забирал, не подталкивал, и ты смог перейти, не развоплощаясь полностью. Ты весь оказался в истинном мире, не оставляя, как другие, свое тело земле.
— Я не человек, Эльстрат, люди не могут этого!
— И да, и нет. — Эльстрат опять заулыбался. — Быть этим "да и нет", это быть всем одновременно. Дух не может желать, он может только исполнять указания, но он может заставить людей выполнять его волю. Человек чувствует, и имеет желания, но для него заставить другого человека делать что-то, нужное ему, практически невозможно. А ты сможешь все, один в нескольких лицах. ЕМУ пришлось немало постараться…