Я слышу, как хныканье срывается с моих губ, и внезапно осознаю, что стою здесь, сжимая свои бедра, потому что пульсация между ног весьма настойчива. Особенно, когда он говорит так. Никто никогда не говорил об этом со мной раньше.
— Ты все еще беспокоишься о нарушении правил, — говорит он, его рука неторопливо двигается вверх и вниз по его стволу. — Поэтому я не собираюсь прикасаться к тебе даже пальцем. Правила не нарушены. Снимай свои трусики.
— Я полагаю, что это считается неуместным, — говорю я, но стягиваю края трусиков по бёдрам и бросаю их на пол.
— Подними их и отдай мне, — приказывает он. — Если ты все еще беспокоишься о правилах, дверь прямо там.
Когда я достигаю его, останавливаясь между его раздвинутыми ногами, трусики свисают с моего пальца. Его костяшки пальцев касаются внутренней стороны моего бедра, когда он поднимает руку вверх по своему стержню. Я смотрю на него сверху вниз, думая о том, как легко было бы сейчас забраться на его колени и скользнуть на его член, размышляя о том, как он будет ощущаться внутри меня.
— Я все еще беспокоюсь о правилах, — тихо говорю я. — И о… других вещах.
— Другие вещи… Например, как я трахаю тебя? — спрашивает он. Он держит мои трусики в одной руке и подносит их к своему лицу, глубоко вдыхая. — Этот запах заставляет меня хотеть кончить прямо сейчас.
Я не знаю, польщена я или смущена, наблюдая, как он нюхает мои трусики. Или, если мне стыдно, это меня заводит.
— Да, — признаю я. — Другие вещи подобные этой.
Как и эта маленькая неприятная вещь, называемая моей девственностью, от которой мне еще нужно избавиться. И тот факт, что самый большой футболист колледжа хочет взять её.
— Я не шутил, когда сказал, что не собираюсь тебя трахать, Кэсси, — говорит он. — Нет до тех пор, пока ты не станешь умолять меня.
— Ты… думаешь, я планирую умолять тебя трахнуть меня? — бормочу я в неверии.
— Я знаю, ты будешь, — говорит он, поглаживая свой член.
— Ты заносчив.
— Твои трусики мокрые, Кэсси. Скажи мне, чтобы я нашёл, если бы достиг местечка между твоими бедрами прямо сейчас? Ты такая же мокрая, как я думаю?
Я смущаюсь под его взглядом.
— Я…
— Сделай это, — говорит он. — Коснись себя между ног и покажи мне, насколько ты мокрая. Я хочу это увидеть.
Я провожу пальцами между ног. О Боже. Облегчение омывает меня, как только я касаюсь себя.
— Позволь мне увидеть это на твоих пальцах, — говорит он.
Я вытягиваю пальцы, покрытые влагой, между моих ног и показываю ему. Он рычит.
Он на самом деле громко рычит, когда видит, насколько я мокрая.
— Я думал о том, какая ты на вкус, Кэсси, — говорит он. — Я дрочил снова и снова, воображая, какова ты на вкус.
Я слышу собственное хныканье, и прикусываю губу, чтобы не делать это снова. Каждая часть моего тела находится на краю, мои соски тверды в комнате с кондиционером.
Я провожу пальцами между ног, касаясь своего клитора, не дожидаясь, пока он мне скажет, движимая непреодолимой потребностью, которая наводняет меня.
— Я дрочил, думая о тебе на коленях, принимающей мой член в рот, — продолжает он. Его голос прерывистый, и он гладит себя сильнее.
Теперь я слышу собственный стон:
— О, Боже, — шепчу я.
— Ты тоже думала обо мне, Кэсси. — Теперь на его лице отображается нужда, и мои пальцы двигаются быстрее, сильнее прижимаясь к моему клитору, соответствуя повторяемости его движений. — Скажи мне, о чем ты думаешь, когда кончаешь.
О Боже. Должна ли я сказать ему?
— Скажи мне, — говорит он. — Я хочу услышать твои фантазии.
Я глубоко вздыхаю. Я думаю, что мое желание превосходит мое здравомыслие, потому что я на самом деле открываю рот и говорю ему:
— После одного из наших занятий я пришла прямо в свою спальню, и я… — я колеблюсь на секунду.
— Продолжай, — убеждает меня Колтон.
Я поглаживаю клитор пальцами по кругу.
— Я наклонилась над кроватью, использовала вибратор и представила, что это ты.
Он издаёт горловой звук.
— Я поклялся, что не трону тебя сегодня, Кэсси, — говорит он.
Теперь мое дыхание становится короче, мои пальцы быстрее скользят по клитору.
— Но…
— Положи руку мне на плечо, — говорит он. — Наклонись вперед и положи свою руку на меня.
Положи свою руку на меня.
Я отчаянно хочу прикоснуться к его члену. Он поглаживает его быстрее, когда я наклоняюсь над ним, одна рука на его плече, а другая между моими ногами, моя спина выгнута, а задница приподнята, на высоких каблуках и больше ничего.