А лаборант тем временем, зачем-то залпом выдул содержимое пробирки.
Так! Стоп! Там что… да нет — сделал я вывод, принюхавшись — обычная вода. Была. Зачем он тогда её туда-сюда переливал? И пить таким вод образом зачем? А… — понял я и улыбнулся, а лаборант тем временем, подхватив поднос с целой кипой таких склянок заполненных чем-то прозрачненьким, и неторопливо пошел прочь из помещения.
— Какой праздник то сегодня, а? — крикнул я ему в след, и мужчина замер, стоя на одной ножке.
— Эээ… — потерял он вдруг весь свой «боевой» настрой.
И даже своего основного дара — повышенной болтливости! И то лишился, бедненький.
— Юбилей у них сегодня с женой. День рождение. — ответил за него, владелец роскошной бороды.
— Ясно… — покивал я — а что тогда сам не пьешь? — взглянул я на все так же стоящего истуканом человека, думающего что я не видел, как он сделал целый шаг поближе к двери. — А?
— Да язва у него. — ответил за него другой ученый, не отрываясь от микроскопа — Не может он.
— Ага… — кивнул я вновь, украдкой заметив, как этот хитрец сделав еще шаг, вновь застыл на месте — А спаивать коллег он значит может? — взглянул на профессора с бородой — В общем так… — сказал, но понял, что главная виновная жопа сейчас тупо сбежит, и пришлось вернуть всё внимание ему — Еще шаг, и все пробирки, без их содержимого, окажутся у тебя внутри! Через задний проход!
Лаборантик тут же замер, и, на этот раз, без всякого спектакля, а по-настоящему. И до меня донёсся запах страха, вместе с запахом пота. Проняло!
— В общем, так. — вздохнул я, вновь взглянув на бородача — время уже позднее, рабочий день кончается. Так что я не буду вмешиваться, тем более что вы — уже храпнули — усмехнулся я лукаво, а профессор сглотнул комок — В общем — ваше право. Но завтра рабочий день, середина недели. И я приду снова. И если я учую перегар… хотя бы от одного! — крикнул я тому телу у двери, что кажется тайный владелец лишней пары яиц — Я заставлю вас вспомнить, что это вообще-то военный институт. И вы должны быть всё в форме, а у вас там стадион одуванчиками зарос. Пропалывать заставлю! — прикрикнул я с улыбкой.
Но понял, что не проняло, огородники хреновы! Видимо каждые выходные на даче! И не вылезают из грядок, копаясь в удовольствие! Ненормальные… А потому добавил:
— Сапогами!
Глава 29 — Алкаши
Придя с утра пораньше в этот же закрытый институт в закрытом городе… я еще на подходе ощутил стойки запах перегара. Как видно, они вчера круто покутили! Или правильнее сказать, сегодня? Ведь на клумбе у самого входа, еще теплый след чьего-то тела! И сомневаюсь, что это тело, ушло от сюда на своих двоих, как и в том, что лежало тут с самого вечера. Март пусть и выдался на редкость теплым, но все же не до такой степени, чтобы спать на улице, даже будучи вусмерть пьяным.
Ладно. Обещание нужно исполнять! Считаем трезвенников… один, два, три… десять, двенадцать, двадцать четыре… не так уж мало, если подумать! Но «кислолицых», страдающих от того, что вчера им было хорошо, гораздо больше! А ведь еще и трети тупо нету…
Но как ни странно, споивший всех лаборант, тоже, «стеклышко»! А не огурчик. Споил всех, а сам ни-ни, гад последний! И хоть половина охраны комплекса, тоже, того, и их начальник, ходит хмурый, как и я. И точно так же вынюхивает, кто и насколько, но пока говорит «потом с вами разберусь!» и прячет подопечных, от моего взора. Хитрый какой!
— Я предупреждал? — сказал я, ввалившись в лабораторию к держащемуся за лоб бородачу.
И некий, вчера отсутствующий здесь человек в очках, вдруг вздрогнул, и поспешил отбежать от меня подальше.
— Предупреждала. — обвел я всех суровым взглядом, и вытащил за ворот лаборанта-диверсанта из-под стола — Стройтесь за корпусом. Все! А кто стоять не может, потом отбудет своё в двойном размере. — и потащил брыкающегося паренька для приватной беседы.
Он, конечно же против подобного! Вон, чуть стол с собой не утащил, и чуть косяк не поцарапал… к счастью, пальчики его разжались все же раньше, чем лопнула ткань халата или он додумался расстегнуть сурового вида пуговички. А то бы пришлось тащить бедолагу за его отросшие волосы. Хиппи недоделанный.
— Итак, что мне бы с тобой сделать… — проговорил я, глядя на «трезвенника и язвенника», запихнув его в кладовку со всяким «спорт инвентарем» по типу ведер и швабр, и зайдя следом, захлопнув за собой дверь.