Олег огляделся, аристократы сидели на скамейках с удобными спинками в первых рядах. За ними располагались купцы и ремесленники, они разместились плотно, плечом к плечу. Простолюдины толпились в проходах стоя. Императорская ложа была почти пуста, в центре неподвижно восседал Рафаэль, его тигр осматривал всё вокруг, уложив лапы на перила, позади еле заметно виднелся камердинер. Люди что-то кричали, переговаривались между собой и всё время тыкали руками на арену, то на гноллов, то на Олега, а после вновь спорили и переругивались.
«Чёрт! Я для них всего лишь спор, ставка, которая сыграет или принесёт убыток. Люди всё-таки – твари…»
Распорядитель арены сдержал слово, противники Олега действительно были вооружены по-особому, длинные отлитые из серебристого металла копья, у одного округлый щит, у двух других сеть. Гноллы казались крупнее, чем те, что участвовали в четырёх предыдущих боях.
«Особенно тот, что со щитом, просто скала!»
– Ну ничего такого, я сейчас разберусь, а ты, хозяин, постой в стороне! – сказал медведь и тут же встал на задние лапы.
– Погоди, они подготовлены к бою с тобой! – попытался вразумить урсу Олег.
– Сейчас увидим!
Медведь ринулся в бой, выпуская красные когти и ревя на всю арену, он попёр на гноллов. Толпа заулюлюкала, подбадривая урсу, астроном остался стоять на месте. Песиглавцы медленно расходились в стороны, двое с сетью выбрали своей целью Шриза, а третий уходил в сторону и всё время смотрел на Олега.
Когда урса приблизился на достаточное расстояние и ускорился, чтобы вступить в бой, гноллы кинули сеть в его сторону. Медведь попытался рассечь её когтями, но не вышло, металлическая сеть накрыла Союзника и сотни мелких крючьев зазвенели, а затем впились в кожу урсы. Шриз жалобно заревел, отшатнулся, попытался разорвать расстояние, но ещё больше загнал себе под кожу иглы крюков. Двое гноллов натянули железные цепи, что крепились к сети и стали удерживать Союзника в таком положении.
«Угораздило же…»
– Ну что, допрыгался?! – гневно бросил Олег.
– Это они дерутся подло! Я не… Прости, хозяин, – жалобно заскулил Шриз.
– Если переживём этот бой, обещай, что будешь слушать меня во всём!
– Обещаю, – виновато сказал медведь.
Более говорить было не о чем, да и некогда, третий песиглавец приближался к астроному. Олег посильнее сжал меч, расставил ноги пошире. Гнолл ускорился, побежал, поднимая копьё для броска, когда оставалось метров пять, противник с силой кинул копьё в Олега. Астроном в последний момент отбил копьё, отчего меч в руке завибрировал, кисть заломило, и Олег, пошатнулся, чуть не выронив оружие. Песиглавец спокойно подтягивал копьё к себе цепью, вделанной в конец древка, на звериной морде появился то ли оскал, то ли улыбка.
«Чего лыбишься, животное?!» – гневно подумал Олег.
Гнолл приближался, он более не пытался кинуть копьё, но по-прежнему сжимал оружие двумя руками. Молниеносный выпад вперёд, затем ещё один. Олег, задыхаясь, отбил первый и кое-как увернулся от второго. Сердце забилось в бешеном ритме, дыхание участилось. Но песиглавец только начал, он наносил колющие удары, не давая подойти к себе на близкое расстояние. Олег с трудом отбивал удары копья, иногда уходил, пятился назад, пытался ударить по копью, чтобы разрубить его, но оружие гнолла лишь пружинило и вибрировало от ударов, наносимых Олегом и отдаваясь болью в руках и запястьях.
«Ещё немного, и я выроню этот меч-кладенец. И тогда всё, конец тебе, Олежек…»
Брэндон сидел в своём ложе, когда к нему подсел Гелиард.
– Мне кажется, или ваш протеже проигрывает? – осведомился хозяин караваны.
– С чего вы взяли, что я покровительствую парню? – хмуро отозвался распорядитель арены, – Ах да, благодарю за ваш подарок, я с удовольствием разместил его в коридоре, ведущем в оружейную.
– Рад, что вам понравился, мой подарок, – Гелиард понял, что его раскусили, но это нисколько его не смутило, – Ставлю десять имперских полновесных цехинов на то, что ваш парень не пройдёт второй круг!
– Да он и первый может не пройти, с чего вы взяли, что я готов сделать столь опрометчивую ставку? – совершенно натурально изумился Брэндон.
– Вы отказываетесь? – лукаво спросил Гелиард.
– Если Олег выиграет первый круг, то я принимаю ставку, – неуверенно согласился распорядитель арены.
– Принимается!
Шриз ревел как раненый мамонт, периодически предпринимая попытки вырваться, и тем самым причиняя себе ещё больше боли и страданий. Песок под урсой почернел от крови, шкура слиплась и утратила объём, единственное чего добился медведь – это разрезал своим шлемом небольшой участок сети, и теперь голова Шриза была свободна.