«Видимо, о проклятой твари, что выйдет против меня завтра, спрашивать бессмысленно?»
Олег повернулся к урсе, его питомец вернулся к привычным размерам, но и в таком виде он стал выглядеть по-другому, на голове зверя красовалась точно такая же серебряная прядь волос, как и у хозяина. Когти ощутимо торчали из лап, как, впрочем, и клыки оттопыривали нижнюю губу, мешая верхней.
Глава 7. Беззвучная музыка смерти
Гелиард
Гелиопод уже минут сорок продвигался в канализационных водах Гердании, целью хозяина каравана была арена Хедимсей.
«Людишки надменные и высокомерные, думают, если они не готовы провести в зловонных водах и минуту, то другим это не под силу. Как неосмотрительно оставлять такую простую возможность добраться до проклятых зверушек!»
Удлинившиеся ноги Гелиарда позволяли ему идти по дну канала, лишь изредка гелиоподу приходилось плыть, но и это не вызывало никаких затруднений.
«Дерево не тонет, особенно если это дерево умеет грести!»
Канал становился уже, сточных вод меньше, а это означало, что арена уже рядом.
«Скорей бы, не терпится посмотреть на изменения у моих маленьких созданий».
Канал повернул вправо под углом девяносто градусов, воды почти не осталось. Тонкие щели уходили к клеткам, где и содержались твари пятого предела. Гелиопод сорвал с бедра один из сморщенных плодов, покрепче обхватил его крючковатыми пальцами и потянулся рукой-веткой в щель, что вела к первому созданию.
Ракшас сидел в клетке с закрытыми глазами, четыре руки обхватывали колени, синяя кожа при тусклом свете факелов казалась грязной. Полуразумные и дикие ракшасы были способны разговаривать, но не договариваться, неистовые и жестокие, безумные и беспощадные, так этих существ описывали в летописях.
Проклятая тварь приоткрыла глаза, странный шорох в отхожем месте привлёк внимание ракшаса, крысы были хоть каким-то развлечением для заключённого существа. И ракшас кинулся на звук со всей скоростью, на которую был способен. Удар когтистой лапы попал в цель, но вместо маленького грызуна в лапе оказался сморщенный плод, да скрюченная деревяшка, напоминавшая палец.
«Ничего, палец отрастёт, главное, посылка достигла адресата!»
Ракшас принюхался, странный пряный запах плода манил, звал и предлагал съесть его, но и настораживал, слюни наполнили рот проклятого создания. Синекожая тварь зарычала, борясь с приступом гнева, ракшас ударил тремя свободными лапами по стене узилища, глубокие царапины остались на шершавой стене от когтей, а затем не удержался и отправил плод в свою пасть.
Поначалу ничего не происходило, лишь освежающая прохлада холодила горло. Но вскоре ракшас ощутил прилив сил, два сердца ускорили ритм и застучали в такт, эфир побежал по венам, наполняя силой и энергией каждую клетку.
Когти начали расти, из локтей вылазили острые шипы, на коже проступила странная вязь символов давно забытого всеми письма. Кисти рук кровоточили, с тыльной стороны ладони у ракшаса прорезались костяные отростки, тонкие, загнутые и смертельно опасные.
Осквернённый зарычал от боли, упал на колени, на спине от каждого позвонка прорывались сквозь кожу костяные наросты, глаза наполнились кровью. Ракшас преображался в боевую форму, обычно недоступную этим существам.
Гелиард шагнул к следующей щели в камне.
Шесть часов спустя
– Вы позволите? – приоткрыв дверь в кабинет Брэндона, спросил Гелиард.
– Да, входите, – не глядя на посетителя, произнёс распорядитель арены.
Хозяин каравана шагнул внутрь, огляделся и, не дождавшись разрешения, сел напротив Брэндона.
– А, Гелиард, это вы! Доброго утра, чем обязан? – Брэндон, наконец, оторвался от бумаг и поприветствовал посетителя.
– Вообще-то, уже день, а впрочем, неважно. Вы знаете, что это? – гелиопод легонько катнул один из своих плодов к распорядителю арены.
Брэндон поймал желтоватый сморщенный шар, свёл брови, поднёс его поближе к глазам и понюхал:
– Кажется, это плод гелиопода, но откуда он у вас? – озадаченно спросил распорядитель арены.
– Мне доподлинно известно, что такими… – Гелиард сделал театральную паузу, – фруктами накормили всех зверей, что я вам доставил для второго круга.
– Откуда вы это узнали?! Случайно, не вы сами их и накормили? – Брэндон откинулся на спинку стула, кажется, для распорядителя арены не было секретом, кем был Гелиард.
– Я? Нет! Я честный торговец, да и зачем мне тогда об этом говорить вам? Это нелогично.