Сам генерал-капитан пристально смотрел на берег. Возмущение и негодование просто переполняли Кортеса. Губернатор своей подозрительностью спутал все его планы. Веласкес обрюзг и разленился. Он не желает сам покорять новые земли, но и другим пытается помешать! Да и сейчас экспедиция, даже если выйдет в море, вполне может потерпеть неудачу. Людей мало, обучены они плохо, снаряжения и оружия не хватает. Даже еды хватит ненадолго. Еще бы пару недель времени! Единственное, что утешало Кортеса, так это мысли о том, в какое бешенство придет Веласкес, когда узнает о начале плавания. И вот потому он все не давал команду выйти в открытое море. Корабли уже отчалили, но берег был еще недалеко.
Совсем скоро Эрнан Кортес с удовольствием увидел солидную группу всадников, скачущих со стороны резиденции губернатора. Среди них, из-за дальности расстояния, нельзя было рассмотреть Веласкеса. Рассмотреть нельзя, но догадаться оказалось нетрудно. Кортес понимал, что последние слова еще не сказаны. Как только кавалькада галопом примчалась почти к самой кромке воды, он повернулся к окружавшим его солдатам и заметил:
— Сеньор губернатор желает лично напутствовать нас добрым словом. Да и то правда — разве можно уезжать не попрощавшись? Спустить шлюпку!
После этого Эрнан Кортес отобрал шесть человек сопровождающих. Среди них нашлись места и для Фернана с Себастьяном.
Лодка через какую-то минуту отчалила от корабля. Встреча предстояла опасная, так что бойцы вокруг генерал-капитана собрались самые отборные. Фернана немало тешил тот факт, что и ему нашлось место в этой компании. Оружия никто не обнажал, но семь мечей, пускай и в ножнах, добавляли веса маленькому отряду.
Кортес не отрывая глаз смотрел на медленно приближающуюся фигуру восседающего на коне Веласкеса. Весь вид Кортеса выражал беспечность и самое доброе расположение духа. Сопровождавшие его воины были настроены далеко не так радужно — все знали себе цену и понимали, что генерал-капитан не стал бы брать с собой самых лучших бойцов, если бы не чуял весьма возможной драки.
Фернан сидел на деревянной лавке, сняв меч с пояса и, как будто для удобства, положив его поперек коленей. Вытащить клинок из ножен он мог одним мгновенным движением, но со всей страстностью молодой и горячей души Гонсалес молился, чтобы делать этого не пришлось. На берегу людей немало, так что ожидаемый приказ Веласкеса схватить своевольных авантюристов бросилось бы исполнять несколько десятков подчиненных. Никому из сидящих рядом воинов не хотелось начинать великий поход с резни среди своих с весьма сомнительным исходом. Фернан надеялся, что губернатор также понимает всю серьезность ситуации и не осмелится отдать команду к бою.
Гонсалес оглядел своих спутников. Они упорно смотрели на толпившихся на суше людей и с каждым взмахом весел, приближавших их к возможной схватке, лица у них становились все более мрачными и решительными. Один из солдат даже наполовину вытащил меч из ножен и так и сидел, готовый в любой момент вступить в сражение. Рядом с Фернаном на лавке умостился Себастьян. В руках он сжимал заряженный арбалет. Сосредоточенным взглядом Риос осматривал берег, как будто уже выбирал, в кого всадить болт. Лишь сам Кортес сохранял, по крайней мере, внешне, полнейшую беззаботность. Он с ленцой смотрел на берег, щурясь из-за яркого солнца. По его лицу нельзя было сказать, что они плывут буквально в пасть к дракону.
«Неужели ему хочется так дерзко подразнить судьбу в лице губернатора, что ради этого он готов поставить на карту будущее всей экспедиции? Мог бы обойтись и без этого издевательского прощания!» — мелькнула мысль в голове у Фернана.
Кортес же был спокоен. Да, риск велик, но нужно показать своим солдатам, что их генерал-капитан абсолютно уверен в себе и ничего не боится. За таким командиром они пойдут без раздумий. К тому же так хотелось взглянуть в разъяренные глаза Веласкеса! Губернатору давно пора понять, что никто не может помыкать Эрнаном Кортесом!
Он еще раз посмотрел на взведенные арбалеты в руках у двоих солдат в лодке. На берегу сейчас около полусотни человек. Вряд ли они осмелятся не выполнить приказ Веласкеса. Губернатор не может не понимать, что если бой начнется, то первой мишенью станет он сам.
Каравелла не успела отойти далеко, потому плавание на шлюпке оказалось недолгим. Кортес проявил вполне разумную осторожность и не пристал к берегу. Их лодка остановилась и закачалась на воде неподалеку от всадников — говорить можно было не напрягая голоса.