Кортес предложение соратника отверг и отпустил пленников, надеясь, что они успеют еще до утра вернуться к своим землякам. А там, кто знает? Возможно, этот поступок покажет вождям Тлашкалы, что с испанцами действительно стоит заключить союз.
Ни о каком полноценном ночном отдыхе даже мечтать не приходилось. Местность вокруг незнакомая, в ночной мгле враги запросто могли подкрасться незамеченными. Усиленные патрули стерегли сон товарищей. Утром войско должно двинуться дальше. Испанцы понимали, что долго так продолжаться не может. Еще несколько дней блужданий и они останутся без припасов, да и необходимость следить за союзниками-тотонаками слишком утомляла. Почти половине отряда пришлось заступать в караул. Десятка два солдат страдали от ран, но чем же можно облегчить их тяготы? Поблизости нет никакого лазарета или дружественного селения, где бы их можно было оставить.
Кортес сидел и размышлял о том, что в кратчайшие сроки нужно или покорить Тлашкалу или вообще отказаться от экспедиции. Потерпев здесь поражение, он потеряет уважение тотонаков. Ореол непобедимого воинства развеется. Останется лишь возвращаться на Кубу. Но там его не ждет ничего хорошего.
Он вышел из палатки. Сон бежал от генерал-капитана. Скрываясь до того во тьме, к нему тут же подошла Марина. Странно, давно уже должна была лечь спать, измотанная этим затянувшимся походом. А она, тем не менее, ждала поблизости, как будто знала, что генерал-капитан вскоре выйдет на улицу.
— Тебе нужно выспаться, — преодолевая робость, сказала она. — Покорить Тлашкалу нелегко, нужно много сил.
Девушка уже сносно говорила на испанском. Заметный акцент выдавал ее, показывая, что этот язык ей не родной. По мнению Кортеса, он лишь придавал ее говору особое очарование. И все же Марина усердно работала над тем, чтобы сделать свое произношение как можно более чистым. Она внимательно слушала разговоры конкистадоров, чутко вслушиваясь в каждое слово, пытаясь запомнить его звучание, и затем повторяла. Повторяла сотни раз, до тех пор, пока не оказывалась довольна результатом.
Кортес усмехнулся. Девушка занимала все более важную роль в его жизни. Сначала, когда Пуэртокарреро, чьей любовницей она была, отправился в Испанию, Марина осталась одна. Она не особенно страдала из-за разлуки, все силы приложив к тому, чтобы научиться говорить с белолицыми чужаками. Она хотела стать для них не просто полезной, она хотела стать своей. Не дикаркой, чужой и непонятной, но равноправной участницей отряда. Насколько девушка вообще могла быть равной среди закаленных солдат. Целеустремленность. Это то, чем Кортес обладал в полной мере, и это качество он умел ценить в других людях. Девушка наравне с испанцами преодолевала все преграды. Терпела холод и жару, без жалоб сносила усталость и голод. Она хотела стать своей.
Более того, Марина мечтала стать незаменимой. И прикладывала к этому немалые усилия. И она действительно со временем стала такой. Оказавшись сначала в постели Кортеса, она вскоре стала самым лучшим советником, когда нужно было понять, что замышляют индейцы. Местные жители мыслили совсем не так, как испанцы. То, что для них было неслыханным, для европейцев зачастую оказывалось в порядке вещей. И наоборот — самые обыденные по меркам тех же тлашкаланцев поступки вызывали у конкистадоров шок. Марина отлично понимала мышление индейцев, знала все их хитрости, понимала все скрытые смыслы, вложенные в звучащие на переговорах слова. Да, совсем скоро она стала для испанцев незаменимой. И особенно для Кортеса.
— Как думаешь, Тлашкала еще долго будет упорствовать? — спросил он.
— Боюсь, что да, — сокрушенно ответила Марина, как будто несла ответственность за упрямых тлашкаланцев. — И все-таки ты победишь.
— Пойдем со мной, — усмехнувшись, ответил Кортес. — Мне одному не спится.
Марина ни разу еще не пожалела о том, что Алонсо де Пуэртокарреро уплыл за море. Да, Алонсо был высок, силен и привлекателен. Но он не был таким мужчиной, как Эрнан Кортес. Ей самой Кортес казался полубогом, даже богом. Мужественным и решительным, храбрым и бесконечно уверенным в себе. Кто другой бы осмелился бросить вызов Монтесуме? Кто другой не побоялся бы высадиться на незнакомом побережье, утопить свои корабли и отправиться в поход на грандиозный Теночтитлан?