Отвечал ли он Альварадо или же пытался убедить самого себя? Гонсалес бы и сам не сказал. Еда, вода, да и простая выносливость были на исходе. Пожалуй, даже лучше, что индейцы рвались в бой, пока у конкистадоров оставались хоть какие-то силы для решительного сражения.
— Более того, — продолжали послы. — Вожди Тлашкалы посылают вам подарок. В ближайшем селении, совсем недалеко, вас будут ждать две сотни отборной и вкуснейшей домашней птицы. Не гневайся, господин, но мы должны передать сказанные вождями слова. Они надеются, что вы подкрепитесь и хоть немного отъедитесь, чтобы вами самими было приятнее обедать.
— Мы их сполна отблагодарим за гостеприимство, когда Тлашкала будет покорена, — пригрозил Альварадо.
Кортес же лишь наградил парламентеров и отпустил их.
14. Главное сражение с Тлашкалой
На следующий день Эрнан Кортес повел своих ослабевших, израненных солдат вперед, на поиски врага. Перед ними расстилалась долина столь широкая, что тлашкаланцы с легкостью могли окружить небольшой отряд испанцев и тотонаков со всех сторон. Зато здесь хватало простора для стремительной кавалерии. Видимо, вожди Тлашкалы отважились решить исход вторжения одной битвой. Навстречу конкистадорам катилось огромное войско. Двадцать тысяч? Тридцать? Испанцы не смогли бы сосчитать.
Больше всего удивляло то, что индейцы шли не просто толпой. Кортес, и сам опытный полководец, видел, что ему противостоит не народное ополчение, а настоящая армия. С таким он еще не сталкивался. Тлашкаланцы двигались вперед колоннами, в строгом порядке. Большие яркие жезлы из ткани и перьев реяли над морем людей. Грохот барабанов и вой труб, сделанных из огромных морских раковин, наполнял воздух. Это были сигналы, направлявшие каждый отряд. Над всем этим живописным воинством возвышался огромный стяг — расправившая крылья белоснежная цапля, символ государства Тлашкала.
Испанская пехота построилась квадратом. Кортес доверил командование молодому капитану Гонсало де Сандовалю, а сам возглавил немногочисленную кавалерию. Тотонаки расположились позади конкистадоров. Артиллеристы лихорадочно заряжали орудия. Фернан стоял в первом ряду, справа от него оказался Себастьян. Тот отдал свой арбалет другому солдату, слишком израненному, чтобы вступить в ближний бой.
Глупо было дожидаться, пока индейцы подойдут вплотную. Их огромное количество и большая скученность имела и положительные моменты — каждый выстрел находил свою цель. Загрохотали пушки, кося тлашкаланцев десятками. Потом дали залп аркебузы. Защелкали тетивы арбалетов. Болты били метко, но разве могли три десятка стрелков остановить такую толпу? Исход битвы должны были решить копья и мечи.
Индейские лучники в свою очередь ответили. Стрелы сотнями взмывали в небеса и, описав дугу, устремлялись вниз. Конкистадоры мгновенно построили настоящую стену щитов в два ряда высотой. Земля по обе стороны от их отряда оказалась усеяна бесчисленными стрелами, дротиками и камнями.
Тлашкаланцы ринулись вперед, спеша вступить в ближний бой. Фернан видел их решительные скуластые лица, разрисованные черной и красной краской. Над головами развевались пышные султаны перьев. Защищенные хлопковыми доспехами, в деревянных шлемах, сжимая в руках копья или мечи с обсидиановыми вставками, индейцы выглядели живописно и устрашающе. У каждого из них на локте висел круглый щит — разрисованный, украшенный по нижнему краю длинной бахромой из перьев. Кое у кого виднелись доспехи даже на руках и ногах — деревянные пластины, с медными, а то и золотыми накладками.
Торопясь сразиться с врагом, тлашкаланцы теряли стройность боевых шеренг. Переполненные азартом, они уже не обращали внимания на приказы, звучавшие в воздухе. Напрасно, призывая к дисциплине, стучали барабаны и пели трубы. Воины видели перед собой вполне ясную цель — крошечную группу неприятелей, сгрудившихся, как будто от испуга. Каждый из тлашкаланцев уже мысленно считал, сколько же пленников он приведет сегодня домой и тем умножит свою славу.
Огромная масса нападающих могла в один момент смести маленький отряд Кортеса, просто задавив числом. Испанская пехота ощетинилась длинными копьями. Настоящий лес стальных жал встретил катящийся навстречу вал индейцев. И благодаря этому конкистадоры устояли. Железная дисциплина европейцев оказалась важнее численного преимущества тлашкаланцев. Нападающие падали десятками, тела погибших мешали двигаться вперед следующим линиям атакующих. Задние ряды напирали, толкая своих собратьев на пики испанцев.
И все же индейцы с безумной, истинно самоубийственной отвагой рвались вперед. Они уворачивались от копий, хватались за древки руками, стараясь поколебать этот гибельный частокол, пригибались до самой земли, пытаясь добраться до врага. И таким образом один за другим они вступали в ближний бой.