Лишь одно обстоятельство омрачало Кортеса — Тлашкала упорно отказалась принять христианство. Все так же на вершинах пирамид стояли жертвенные алтари, которые регулярно окроплялись кровью людей. Постоянно пополнялись хранилища черепов, наподобие тех, что так удивили Фернана и Себастьяна в одном из пройденных городов. Вожди и вельможи, к которым Кортес неоднократно подступал с увещеваниями, вежливо, но упорно стояли на своем — невозможно отказаться от богов родной земли. Обе стороны слишком ценили возникшую дружбу и боялись нарушить мир, который достался такой дорогой ценой, потому религиозные споры велись весьма деликатно.
Дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Предприняв несколько попыток переубедить касиков, генерал-капитан вынужден был отступить. Падре Ольмедо, сопровождавший экспедицию, не унывал и вещал, что вскоре нравы дикарей смягчатся, они отвратят свои взоры от демонов и навсегда откажутся от жертвоприношений. Пока что испанцам пришлось довольствоваться тем, что один из языческих храмов тлашкаланцы согласились очистить и превратить в христианскую церковь. На богослужение с любопытством приходили и местные вожди.
17. Монтесума — император ацтеков
Правители Тлашкалы всячески демонстрировали свою симпатию новым союзникам. И настойчиво предлагали оставаться в гостях как можно дольше. Все самые влиятельные касики в один голос твердили, что идти в Теночтитлан испанцам не стоит. Херонимо де Агиляр и Марина переводили. Особенно много говорил Машишкацин, седой и худощавый, обладавший непререкаемым авторитетом на совете вождей.
Эрнан Кортес и его капитаны слушали очень внимательно. Наконец-то они могли получить сведения об ацтеках из первых рук, от людей, которые постоянно с ними воевали и хорошо представляли себе мощь армий Монтесумы.
Так они и узнали, что Теночтитлан, находящийся посреди безразмерного озера Тескоко, практически неприступен. Добраться можно только по трем насыпным дамбам или на лодках. Но на воде вряд ли кто-то может тягаться с жителями столицы. Их флот исчисляется сотнями больших и тысячами маленьких каноэ. А горожане, привыкшие жить посреди озера, все поголовно хорошо плавают и управляются с веслами.
— Ацтеки вас, возможно, и впустят в Теночтитлан. Почему бы и нет? Они охочи до разных диковинок, — рассказывал Машишкацин. — Таких людей и удивительных зверей там никто еще не видел. Но вот выпускать вас оттуда они вряд ли пожелают.
— Не думай, Малинче, что мы пытаемся тебя запугать или посеять сомнения, — добавил кто-то из вождей. — Просто мы представляем, с чем тебе придется столкнуться.
— Насколько велика мощь Теночтитлана? — поинтересовался Кортес.
— Ацтеков очень много. В одной только столице живет свыше ста тысяч человек. И почти каждый мужчина, начиная от подростка и заканчивая стариком, имеет военный опыт, — продолжал Машишкацин. — Их обучают с детства. Простолюдины и аристократы учатся сражаться копьем и топором, стрелять из лука и метать дротики, выслеживать врага и драться голыми руками. Когда ацтеки идут в поход, то ремесленники, рыбаки и садоводы отправляются воевать.
— А по берегам озера разбросано еще много других городов, в которых тоже хватает солдат, — добавил Шикотенкатль Молодой. — Теперь ты понимаешь, почему мы говорим, что Теночтитлан несокрушим. Даже если бы у тебя была армия, сравнимая с ацтекской, то и тогда ты не сумел бы вторгнуться в город, окруженный водой.
— Вас приглашает к себе Монтесума и уже по одной этой причине вам не следует отправляться к нему в гости, — сказал Машишкацин. — Я не хочу, чтобы все вы, новые союзники Тлашкалы, оказались у него в руках. И не хочу, чтобы дочь моя так быстро стала вдовой.
Прекрасная дочь Машишкацина, отданная в жены Хуану Веласкесу де Леону, была крещена и получила имя Эльвира. И теперь отец, естественно, переживал за судьбу своего ребенка.
После беседы с вождями Эрнан Кортес собрал капитанов на совещание.
— Вы все слышали. Думаю, тлашкаланцы искренни в своих советах. И уж они-то хорошо представляют грозящую нам опасность.
— Вожди-то говорят искренне, — признал Альварадо. — Но вот если мы проявим осторожность и откажемся от похода на Теночтитлан, то они первые в нас и разочаруются.