Но его надеждам не суждено было сбыться. Индеец продолжал свой монолог.
— Не понимаю, — с трудом выговорил Фернан, махнул рукой и от всей души добавил уже по-испански. — Черт с тобой, зануда.
Он развернулся и двинулся своей дорогой, продолжая несколько театрально покачиваться из стороны в сторону. Воплощая в жизнь его худшие ожидания, двое горожан увязались вслед за ним. Испанец, чтобы показать, что он всего лишь пьяница, не заслуживающий внимания достойных людей, вполголоса затянул бессвязную песню, которая, на самом деле, состояла из сплошных совершенно искренних проклятий в адрес неуемно любопытных индейцев. Так они и шли некоторое время. «Хвост» начал изрядно нервировать Фернана и он понял, что от него нужно избавиться в самый короткий срок. Испанец не желал смерти этих двух мужчин, но на кону стояла судьба всей экспедиции, жизни четырехсот товарищей.
Гонсалес запнулся и вполне натуралистично упал на колени, выставив руки вперед и уперевшись ими в землю. Сейчас эти любопытные негодяи подойдут и вот тогда придет время для решительного броска. Кинжалом он владел ничуть не хуже чем мечом. Все произойдет быстрее, чем они успеют заподозрить что-то неладное.
Но не тут-то было… Индейцы оказались отнюдь не дураками. Собственно говоря, испанец начал подозревать, что это вовсе и не простые горожане, идущие вслед за ним из праздного любопытства. Один из них тут же развернулся и бегом кинулся куда-то в темноту. Фернан слышал лишь звук торопливых, удаляющихся шагов. Второй застыл, издалека и с опаской следя за чужаком. Конкистадор выругался и, продолжая играть свою роль, стал медленно и неуверенно подниматься. Чего же ждать? Пока к индейцам поспеет подмога? Нужно как можно скорее уходить.
Оставшийся следить за ним человек, молодой парень лет двадцати, мускулистый и поджарый, был, надо думать, тоже хорошим бегуном. Догадывался, что белый чужеземец всего лишь прикидывается пьяным? Или же он даже не думал, что испанец попытается его догнать? Фернан и не пытался. Медлительный и расслабленный еще какое-то мгновение назад, он моментально преобразился, резко развернулся и метнул нож. Клинок вошел юноше в бедро. Тот упал и закричал. Гонсалесу не составило бы труда попасть прямо в горло, но что если это никакой не соглядатай?! Просто обычный зевака, который от нечего делать поплелся за невиданным чужаком.
Фернан тут же подбежал, влепил парню оплеуху, выдернул оружие из раны, крутнулся на месте и скрылся в темноте. Он изо всех сил проклинал языковой барьер, который мешал допросить индейца. Теперь правду уже не узнаешь. Да и в любом случае, времени на полноценный разговор не оставалось. Вряд ли второй индеец побежал куда-то далеко. В самом скором времени за ним начнется охота.
Испанец мчался по темным улицам. Он бежал не то чтобы совсем уж наобум. Фернан примерно представлял себе, где находится его лагерь, но как раз туда пока и не спешил. Ему все еще нужно было добыть веские доказательства враждебности индейцев. Если сейчас поспешить обратно под крыло Кортеса, то это лишь отсрочит его миссию. Придется выходить на ночную прогулку снова и снова, но на следующий раз дикари будут уже настороже. Вряд ли местные солдаты станут поднимать большой переполох, с беготней, криками и размахиваниями факелами. Ведь в таком случае отголоски погони могут докатиться и до лагеря конкистадоров. Если на него и начнется сейчас охота, то, скорее всего, его попытаются пленить тихо. Скоро, совсем скоро по ночным улицам Чолулы растекутся многочисленные отряды, разыскивающие одинокого чужака!
Ацитометль в это самое время вел Марину в свой дом. По пути он старался развлечь ее разговором, но мысли девушки витали уж слишком далеко. Она слушала невнимательно и отвечала невпопад. Вождя это не удивляло. Он вполне понимал ее нервозность. Город сейчас полностью пронизывала тревога. Монтесума отказался принять чужаков в столице и никто не мог предсказать, чем же закончится этот назревающий конфликт. Стоит ли удивляться тому, что его гостья тоже задумчива и обеспокоена?
Душа Марины металась, не находя покоя. Ацитометль пригласил ее к себе домой именно сейчас, когда дружелюбие между испанцами и индейцами пошатнулось. Почему? Желает уберечь от сражения, которое вскоре может разразиться? Или же это тоже ловушка? И ее, помощницу Кортеса, сейчас пленят и будут пытать, стараясь вызнать планы конкистадоров? От таких мыслей мороз пробегал по коже. Ацитометль, похоже, действительно в нее влюбился. Он бы не стал заманивать ее в западню. Но что, если он и сам лишь игрушка в руках главных вождей и не знает, что ей уготовано?