Что и говорить, если Кортес и сам почти разорился, снаряжая корабли, закупая провизию, оружие и экипировку. И все-таки генерал-капитан сознавал, что Монтесума тоже отлично понимает ценность сокровищ. Если до императора дойдет слух о том, что испанцы планируют наложить на них руку, то тут уже военного столкновения не избежать.
Эрнан Кортес со всех сторон рассматривал свою задачу. Как убедить повелителя ацтеков присягнуть на верность испанскому королю? Образ посланников бога Кецалькоатля постепенно развеивался. Монтесума все больше убеждался, что его гости являются просто людьми, пускай даже и вооруженные более хорошим оружием. Слова о том, что далеко за морем живет величайший правитель в мире и ему нужно подчиняться вряд ли будут приняты на веру. Кортес понимал, что дипломатия хороша тогда, когда ее поддерживает реальная военная мощь. Его же силы были слишком малы, чтобы повелитель огромной империи отнесся к ним с должным вниманием.
24. Первые конфликты
В один из дней несколько конкистадоров отправились на рынок. Фернан подумал, что базара крупнее нет, наверное, нигде в Испании. Чтобы обойти все ряды, им потребовалось бы несколько дней. Несмотря на гигантские размеры, здесь повсюду царил порядок. Широкие навесы из пальмовых листьев хорошо защищали от солнца. Каждый вид товара продавался в специально отведенной части огромной площади, которую вдоль и поперек разделяли широкие проходы, по которым двигались носильщики и покупатели. Специальные чиновники смотрели, чтобы торговля велась честно и без обмана.
Испанцы ходили по рынку довольно долго, утоляя свое любопытство, а заодно становясь объектом повышенного внимания местных жителей. Фернан замер неподалеку от площади, где торговали людьми. Длинные вереницы пленных со скрученными за спиной руками медленно брели вперед. Разделенные на группы по восемь-десять человек, они шли, связанные между собой прочными веревками. Судя по всему, они прибыли издалека, из какой-нибудь новой покоренной провинции. На ум поневоле пришло воспоминание о том, как его самого когда-то, точно так же связанного, привели в город майя.
Рядом остановился Себастьян.
— Помнишь, как нас когда-то поймали дикари?
— Разве забудешь! — рассмеялся Фернан. Потом он стер улыбку с лица и добавил. — А вот им вряд ли повезет так, как нам когда-то. Сколько из них закончит жизнь на алтарях?
— Кстати, об алтарях. Генерал-капитан получил разрешение побывать в главном храме Теночтитлана. После рынка отправляемся прямо туда. Там нас и Монтесума будет ждать.
Испанцы двинулись в центр города, где высилась гигантская белоснежная пирамида. Высокая, с крутыми откосами, окруженная зданиями поменьше, на плоской вершине своей она несла два храма, посвященных богу войны Уицилопочтли — покровителю ацтеков, и Тлалоку — богу дождя и воды. Фернан навскидку определил, что ее высота в добрых тридцать раз больше человеческого роста. Фигурки людей на верхней площадке казались миниатюрными.
Конкистадоры подходили ближе и пирамида вырастала, нависая над ними и закрывая полнеба. Площадка перед ней была вымощена отполированными до зеркального блеска белыми каменными плитами. Рядом стояло здание, стену которого украшал страшный барельеф. Сотни вырезанных с удивительным искусством черепов выступали из камня, провожая проходящих мимо застывшим взглядом и скаля в вечной ухмылке зубы. Они располагались в строгом порядке, длинными линиями и в несколько рядов в высоту. В целом, барельеф напоминал те коллекции настоящих черепов, которые уже неоднократно попадались конкистадорам в городах индейцев.
Прямо перед небольшой делегацией испанцев возносилась вверх двойная широкая лестница, ведущая к храмам, разделенная посредине желобом. А внизу, у ее подножия, лежала огромная круглая плита с барельефом. На алом поле изображалась смуглая женщина, в высокой пышной короне из зеленых перьев, с богатыми серьгами, в сандалиях, с браслетами на запястьях, но полностью обнаженная. При этом руки, ноги и голова были явно отделены от тела. В местах разрезов виднелись даже обломки белых костей. Красный фон, видимо, обозначал растекшуюся во время экзекуции кровь.
Испанцы остановились у этого каменного диска. Расчлененная женщина скалила в предсмертной муке зубы. На локтевых и коленных суставах виднелись клыкастые морды демонов, руки и ноги погибшей обвивали зеленые змеи. На талии у нее, тоже привязанный поясом из змей, висел белый череп.