Вокруг вопили оскорбленные ацтеки. К спорящим со всех сторон стали пробиваться обеспокоенные конкистадоры. Альварадо почувствовал, как сзади за него цепляются сильные и многочисленные руки. Окружавшие своего капитана испанцы принялись расталкивать индейцев. Педро выхватил клинок. Ацтеки шарахнулись в стороны. Но главный жрец, казалось, лишь еще больше разгневался. Даже тени страха не мелькнуло у него в глазах. И только предназначенные в жертву мужчины так и стояли, запрокинув лица вверх, покачиваясь из стороны в сторону, пребывая в плену грез, вызванных каким-то дурманом.
— Ты не то что гнева богов не увидишь, ты завтрашнего дня можешь не увидеть!
Крик Педро был прерван выстрелом из аркебузы, прозвучавшим где-то возле ворот лагеря.
«Вот, похоже, и началось!» — подумал Альварадо, оглянувшись по сторонам.
Вокруг царил хаос. Пышное и торжественное действо на глазах сменялось водоворотом неразберихи. Педро замахнулся мечом…
33. Кортес против Нарваэса
Путь на побережье напоминал легкую прогулку. Совсем не то, что поход на столицу. Не приходилось прорубаться через вражеские армии и терпеть голод и холод. Тлашкаланцы обеспечивали едой. Другие союзные племена по распоряжению Кортеса прислали несколько сотен длинных копий. Совсем скоро испанцы подошли к Веракрусу. Сандоваль был вне себя от радости. Присоединив к отряду гарнизон крепости, Эрнан Кортес двинулся навстречу неприятелю.
Вражеский лагерь располагался в храмовом комплексе. Местные тотонаки, которых заставляли приносить сюда провизию, более-менее объяснили, где расположены солдаты, лошади и пушки. Нарваэс оказался вовсе не так уж беспечен. Добрая половина его воинов ночевала на верхних площадках пирамид. Врасплох их не застанешь. Наверняка там хватало стрелков. Карабкаясь вверх по крутым каменным ступеням, нападающие станут отличной мишенью для арбалетчиков.
Полсотни отчаянных храбрецов осторожно пробирались вперед. Именно здесь оказались Фернан и Себастьян. Их задача была самой опасной. Нужно любой ценой захватить артиллерию. Если этого не сделать своевременно, то восемнадцать пушек могли разгромить войско Кортеса играючи. Одного залпа хватило бы, чтобы уменьшить его мизерный отряд вдвое.
Уже перевалило за полночь. Не так давно прекратился дождь. Сырая земля неохотно отпускала подошвы обуви. В разрывах облаков иногда мелькала луна. В ее свете лагерь Нарваэса вырисовывался, окутанный дымкой. Возвышались пирамиды, на их вершинах виднелись огни. Но низину окутывал мрак. Где-то там скрывались сотни солдат. Может быть, многие из них недовольны своим командиром, может быть, даже готовы примкнуть к Кортесу. Но когда на них среди ночи совершат нападение, они не будут колебаться и взвешивать. Они возьмутся за оружие.
Пост стражи у небольшой речки. Три быстрые тени, метнувшиеся к караульным. Одному из них мокрая, затянутая в перчатку ладонь закрыла рот, а над самым ухом раздался голос Себастьяна:
— Не дергайся, если жить хочешь.
Солдат не дернулся — отточенная сталь кинжала касалась горла. Кромка казалась холодной, просто ледяной, и от этого мороз шел по коже. Стражник не хотел стать таким же холодным. Краем глаза он увидел, как его товарищ яростно извивается в могучих руках еще одного напавшего, пытаясь освободить пойманную в крепкий захват шею. Тщетно… Третий караульный лежал, зарывшись лицом в песок, оглушенный ударом по голове. Какую-то минуту назад снял шлем. Жарко стало. И вот к чему это привело. Над ним склонился еще один человек, ловко связывая лежащего и спеша заткнуть ему рот. И как эта троица умудрилась пересечь вздувшуюся от дождей реку и незаметно подобраться? А вслед за ними на берег уже выбирались десятки солдат и спешили к пушкам.
Фернан, едва выскочив из воды, подал Себастьяну меч, который тот оставил, отправившись вперед с одним лишь кинжалом. Риос благодарно кивнул, не нарушая молчания, и они тут же бросились к стоящим совсем недалеко пушкам. Артиллеристы не дремали. Они заметили что-то подозрительное. Ослепительная вспышка, вторая, третья… Ядра пролетели над головами, грохот разорвал тишину. Один из снарядов все же попал в атакующих солдат и трое из них упали замертво. Но на этом все. Нападающие, во главе с Себастьяном, ворвались на стоянку. Дым от пороха затянул все вокруг. Лишь иногда кое-где блестел клинок меча, да раздавались лозунги, по которым воины Кортеса узнавали друг друга в этой ночной битве. Канониры, из тех, что посообразительнее, поспешили упасть и спрятаться под свои же орудия, чтобы ненароком не попасть под горячую руку.