Солнце ахнула от восторга, чувствуя, как ее сердце замирает от восхищения. Она смотрела на дракона, словно завороженная, не веря своим глазам. Как такое возможно?
Но затем, в глубине своего сознания, она услышала тихий, но отчетливый голос Океана: "Доверься мне, Солнце. Это всего лишь проявление твоей собственной силы, твоей собственной веры."
И в этот момент она вспомнила. Вспомнила канат, который она держала в руках на берегу. Как он затвердел и превратился в жезл, а потом в метлу, на которой взлетела в небо. И теперь, дракон… Все это было лишь проявлением ее собственного воображения, ее собственной силы, направленной Океаном.
Дракон плавно взмахнул своими огромными крыльями, и они взмыли в небо. Ветер с новой силой засвистел в ушах, а соленые брызги обдали ее лицо. Но теперь это был уже не просто полет на метле, а танец со стихией, танец с самой судьбой.
Солнце крепко обхватила шею дракона, чувствуя тепло его чешуи под своими руками. Она ощущала его силу, его мощь, его дикую, необузданную энергию. И в то же время, в каждом движении дракона, в каждом взмахе его крыльев, она чувствовала присутствие Океана.
Ей казалось, что это не просто дракон, а воплощение самого волшебника, его альтер-эго, его темная и светлая сторона одновременно. В синих глазах дракона она видела ту же глубину и мудрость, что и в глазах Океана, но теперь к ним добавился отблеск чего-то хищного, опасного, непредсказуемого.
Вдруг она осознала, что Океан – это не только добрый и мудрый волшебник, но и могущественная, неконтролируемая стихия. Он мог быть ласковым и нежным, как теплый летний бриз, но мог быть и жестоким, разрушительным, как бушующий шторм.
Эта мысль одновременно пугала и завораживала ее. Она понимала, что влюбилась не только в доброго волшебника, но и в темного дракона, в ту силу, которая скрыта в глубине его души.
Дракон начал набирать высоту, пронзая облака и устремляясь к самому солнцу. Земля под ними становилась все меньше и меньше, пока не превратилась в тонкую полоску на горизонте. Океан исчез из виду, но Солнце по-прежнему чувствовала его присутствие, его невидимую связь с ней.
Полет на драконе был не просто перемещением в пространстве, а путешествием вглубь себя. Она чувствовала, как ее сознание расширяется, как ее границы растворяются, как она становится частью чего-то большего, чем она сама.
Солнце прижалась щекой к теплой чешуе дракона, закрывая глаза. Она позволила себе полностью отдаться этому полету, этому чувству свободы и восторга. Она влюбилась в дракона, влюбилась в Океана, влюбилась в этот мир, полный магии и чудес.
4
(До полёта на метле и на драконе)
Солнце старалась ничему не удивляться, хотя это было все сложнее и сложнее. Как вдруг в руках у Океана появился резиновый член, просто из ниоткуда. И вот это уже точно переходило всякие границы! Какая-то магия, да и только. Она не верила своим глазам, но видела то, что видела и слышала всё то, что слышала.
Они также стояли на пляже, рядом плескался в волнах золотистый ретривер, дул легкий ветер, неся с собой океанский воздух, наполненный запахом соли и водорослей. И только теперь у него в руках красовался этот… предмет.
"Это мой магический жезл," - с невозмутимым видом заявил Океан.
"Это какая-то шутка?" – пронеслось в голове у Солнца. Магический жезл, ага, как же… Но все эти обстоятельства были такими странными, столько неслучайных случайностей, синхронных событий… Интересно, а что, если этот "волшебник" достанет свой другой "магический жезл", свой настоящий член? Океан… и каково его настоящее имя? А может быть он и правда волшебник? А может быть её унесло в океан и это всё ей кажется? Вот бы попробовать его настоящий член у себя во рту, ведь никто и никогда не узнает, вокруг ни души, кроме нас…
Ей стало весело и одновременно немного неловко. Интересно, что будет дальше? А дальше волшебник протянул ей "магический жезл". Она посмотрела ему в глаза, ища ответ. Океан сначала посмотрел ей прямо в глаза, а затем, словно поддразнивая, указал своим взглядом на резиновый член.
Солнце открыла рот, словно собираясь что-то сказать, высунула кончик языка, будто не решаясь. Она почувствовала легкое прикосновение к своему языку, и в этот же миг произошла резкая смена картинки.
*
(После полета на драконе и на метле)
Она оказалась вместе с Океаном, уже одетыми и уже без резинового члена, посреди Лондона. Серое, но величественное небо нависало над ними, а впереди, словно открытка, возвышался Биг-Бен, отсчитывая неумолимый ход времени. Ветер пронизывал до костей, заставляя поежиться, но в то же время бодрил.