— Очень хорошо, — сказал Сетракян.
— Бумага за бумагу, месье Пирк. А теперь не угодно ли ответить взаимностью?
Сетракян оставил чемоданчик открытым, вернулся к своей сумке и откинул клапан, все это время следя одним глазом за Древерхавеном.
— Вы должны знать, что у нее очень необычный переплет, — заметил он.
— Да, мне известно об этом.
— Хотя меня заверяли, что переплет только частично ответственен за чудовищную цену книги.
— Должен ли я напоминать вам, месье, что цену назначили вы сами? И потом, не судите книгу по обложке. Как и в случаях многих других клише, это добрый совет, только им часто пренебрегают.
Сетракян перенес сумку на столик, где лежали документы, подтверждающие происхождение книги. Под слабым светом лампы он раскрыл сумку и отодвинулся в сторону.
— Как вам будет угодно, сэр.
— Пожалуйста, — сказал вампир. — Я бы хотел, чтобы вы сами вынули ее. Я настаиваю на этом.
— Очень хорошо. — Сетракян повернулся к сумке, погрузил в нее руки, обтянутые черными перчатками, и вытащил книгу. Мало того что она была с серебряным корешком, так еще переднюю и заднюю крышки переплета украшали большие гладкие пластины из чистого серебра.
Сетракян протянул книгу Древерхавену. Глаза вампира сузились и засверкали.
Сетракян шагнул к нему.
— Конечно же, вы хотели бы осмотреть ее?
— Положите ее вон на тот столик, месье.
— На тот столик? Но ведь здесь намного более выгодное освещение.
— Вы положите ее на тот стол. Пожалуйста.
Сетракян не стал выполнять эту просьбу, прозвучавшую как приказ. Он остался стоять на месте, держа в руках тяжелую серебряную книгу.
— Но вам, должно быть, не терпится заглянуть внутрь.
Древерхавен перевел взгляд с серебряного переплета томика на лицо Сетракяна и впился глазами так, словно пытался вобрать его в себя.
— Ваша борода, месье Пирк. Она мешает рассмотреть ваше лицо. И придает ему иудейскую наружность.
— Разве? Я так понимаю, вы не любите евреев.
— Это они не любят меня. Твой запах, Пирк… Он мне знаком.
— Почему бы вам не рассмотреть книгу поближе?
— Я в этом не нуждаюсь. Книга поддельная.
— Возможно. Очень даже может быть. Но серебро — могу заверить вас, что серебро абсолютно реальное.
Сетракян приблизился к Древерхавену, держа книгу перед собой. Древерхавен резко отпрянул, затем движения его замедлились.
— Твои руки, — сказал он. — Ты калека. — Глаза Древерхавена снова обшарили лицо Сетракяна. — Плотник. Значит, это ты.
Сетракян рывком распахнул пальто и из-под левой полы выхватил скромных размеров меч с серебряным лезвием.
— Вы обленились, герр доктор, — сказал он.
В ярости Древерхавен выметнул свое жало. Не на полную длину — скорее, это был ложный выпад. Жирный вампир отпрыгнул назад, уперся спиной в стену, а затем снова попытался достать Сетракяна жалом.
Сетракян предвидел эту уловку. По правде говоря, доктор был куда менее проворен, чем большинство других вампиров, с которыми Сетракян выходил на бой. Сейчас Авраам прочно стоял на ногах спиной к окнам — единственному пути отхода для вампира.
— Вы слишком медлительны, доктор, — сказал Сетракян. — Ваша охота здесь была очень уж необременительной.
Древерхавен зашипел. В глазах твари появилась тревога; от напряжения его жар усилился, и косметика, покрывавшая лицо, начала плавиться.
Древерхавен бросил взгляд на дверь, но Сетракян не поддался и на эту уловку. Он знал, что твари всегда обеспечивали себе запасной выход. Даже такой разжиревший клещ, как Древерхавен.
Сетракян сделал вид, что нападает; стригой шатнулся, потерял равновесие, и это заставило его прибегнуть к очередной атаке, правда, в сокращенном варианте. Древерхавен опять выметнул жало — но лишь наполовину. Сетракян ответил молниеносным взмахом меча — если бы жало вышло на полную длину, он наверняка отсек бы его.
И тут Древерхавен решил удрать. Он боком, по-крабьи, побежал вдоль книжных полок, занимавших всю заднюю стену комнаты. Однако Сетракян оказался не менее проворен. Книга все еще была в его руке, и он со всей силы метнул ее в жирного вампира. Тварь в ужасе отшатнулась от летящего к ней ядовитого серебра, а в следующую секунду Сетракян был уже рядом с Древерхавеном.
Он прижал кончик серебряного меча к верхней части вампирской глотки. Голова Древерхавена откинулась, его затылок уперся в корешки бесценных книг, выстроившихся на верхней полке. Глазами он словно пытался прожечь Сетракяна.