Свет мигалки охватывал дворик. Механические руки продолжали клацать по асфальту.
Напряжение получило разряд, когда двери электрокара открылись и оттуда с неистовой скоростью выскочил дрон, короткими очередями скашивая коллекторов. Джей и его люди открыли огонь поздновато. Их тела сквозились экспансивными пулями, выдирающими плоть. Джей орал и отстреливался из своей беретты, пули которой отскакивали от корпуса дрона.
Мы с братом бежали в бордель. Краем глаза я видела, как ползущий вышибала придерживал выпадающие кишки, извиваясь в агонии, нечеловечески взвывая на всю округу, пока дрон не произвёл точечный выстрел, раскурочив ему голову.
Обнаружив нас, бегущих, дрон произвёл несколько очередей. Я прыгнула на брата и мы, рухнув, вползли в бордель.
Я попыталась тут же вскочить, не теряя времени и не обращая внимания на испуганно жащихся к углам проституток и кобелей, но обнаружила свою раскуроченную икру, в глубине ошмётков которой казалось белела кость. Я ошарашено пялилась на ногу, но, услышав бряцание железа по бетону, заползла в уборную. Пьяный Кенки побежал дальше через чёрный ход, а я забралась на грязный, замызганный сортир и ловко нырнула в узкую форточку.
Тут же лязгнула головой об асфальт и, сориентировавшись, увидела уставившегося на меня молодого парня с осунувшимся лицом, впалыми глазами и белющими руками с рубцами вдоль исколотых вен. Он сидел возле мусорки с кучей грязного тряпья. Я с упорством, волоча за собой ногу, поползла к мусорному баку, вскрикивая от боли.
Парень вязко поднялся и отгреб свою кучу, указывая на щель между мусоркой и стеной.
Втиснувшись в эту щель, я обнаружила, что не могу вдохнуть в полную силу из-за узости. Ногу жгло и раздирало, а от духоты я не заметила как отрубилась.
***
Очнись! Очнись! - еле доносился чей-то голос.
Открыв глаза, я увидела пожилого мужчину в очках. Я сразу поняла, что сейчас будет. Пси комната - это комната, в которой сканируют твои мозги. По сути это пытка. Только терпи, не терпи они выкачают всё, что им нужно из твоей башки, какой бы пустой она не была!
Само же помещение было не большим. Пара шкафчиков панель управления и адовый саркофаг, в который меня скоро засунут на страдания. Им нужно знать откуда брат достал форс. А я действительно не знаю.
- Вот и вы. Думаю уже знаете зачем вы здесь, судя по вашему лицу, - говорил мужчина в очках.
- Да, знаю, -ответила я, переводя дыхание.
- Хорошо, тогда не буду тянуть и задам вопрос. Откуда достали наркотик? Нам нужно имя того, кто вам его передал, - закончил он, внимательно смотря на меня.
- Да хрен с вами, тот кто знал уже труп. И этот кто-то мой брат. Но вам п&*#^, так что хватит п@#$*%, врубай свою е&%$#@ установку и не трать моё время! - гневно высказалась я и закрыла глаза, скрывая слёзы.
- Я, конечно, вас понимаю, но куда вы так спешите, не понимаю. Мне жаль, по регламенту вас всё равно в расход, если можно так выразится.
- Засунь себе регламент в зад и давай к делу, - ляпнула я, не открывая глаз.
Мужчина вздохнул и промолчав отправился к дисплею.
- Последнее слово? - спросил он и уставился на меня.
- Да кто же услышит, теперь не судят, так по-тихому, - выразилась сбивающимся голосом я, чувствуя всё наливающиеся слезы.
- Только я, - ответил седой уставший мужик в очках и халате.
- Всему придёт закат. Вопрос лишь в длине дня, - вдохнув выдала я и слезы потекли по вискам.
- Запомни это мужик... пожалуйста, - не сдерживая своего дрожащего голоска, добавила я, смотря на своего палача.
Сердце бегло заколотилось, когда платформа, на которой я лежала начала задвигаться в камерку. Я смотрела в его печальные и видавшие многое глаза, пока не скрылась в капсуле. Для людей с боязнью замкнутых пространств это пытка в двойне. Чтож моя «утилизация» здесь, а не путём «укола» как у некоторых.
В капсуле за экранами находились пси излучатели, которые и должны расплющить мой мозг изнутри.
Время ожидания запуска казалось таким долгим, что я снова вспотела насквозь, одежда прилипла к телу, а пот стал затекать в глаза и дышать было трудно. Я в ушах слышала, как часто барабанит моё сердце. Ещё недавно я держала в руках свои последний дни жизни в глянцевой книжице. Читала момент своей смерти. И вот он здесь так близко... так странно.
Я знаю всё. Знаю тебя, читающего это и автора, что так долго трудился бросал и начинал. Знаю даже того, кто придумал моё имя и тоже стал частью моей маленькой «жизни». Мой мир здесь, в этих словах, собирающихся в предложения, и я его больше не увижу... Пока!
Моя голова начала гудеть, её сдавило изнутри. На виски пёрло давление и разразилась головная боль. Она нарастала, не останавливаясь все сильнее и сильнее, больше и больше. Мысли только о том, чтобы она прекратилась. Въевшиеся прямо в мозг давило, распирало и извивалось внутри. Из носа начали сочится тёплые струйки крови.