— Вампир?! — полувопросом полуотверждением произнес толстяк сильным басок, который я никак не ожидал от него услышать.
— Вы меня с кем-то путаете уважаемые, — я оставался спокоен и врал не выражая на лице ничего кроме скуки. Как я уже говорил, опознать в человеке вампира очень сложно, и кроме слов толстяка, опирающегося на магию, у них ничего не было. Тем более с этого года вампиры имеют право разгуливать по Городку вполне легально.
Девушка скривила губы, точно вспомнила свою первую брачную ночь.
— Вильям никогда не ошибается, — голос у нее оказался какой-то горький, но уверенный и властный, отработанный сотней приказов на беспомощных слугах.
— Что ж, в таком случаи я очень за него рад.
Вино в графине нагло закончилось, поставив меня перед дилеммой, тянуться за новой порцией, или же продолжать диалог на трезвую голову.
Толстяк сузил глаза, от чего они стали почти не заметны. Худой положил руку на рукоять кинжала висевшего на поясе, в украшенных алмазами ножнах. Моя осведомленность о его маневре явно огорчила молодого дворянина, он наверное рассчитывал что я испугаюсь и убегу из лавки.
— А ты не очень-то вежлив кровосос, — почти прошипел толстяк, пытаясь вывести меня из равновесия. Не могу сказать, что это получалось у него плохо.
— Однажды вам придется ответить за свои слова уважаемый, — сказал я пухлому. — Но это будет не здесь и не сейчас.
— Что, испугался?
Он улыбнулся, найдя нравящиеся ему самому объяснение моего поведения, люди любят утешать себя лживыми уговорами, цель которых соблазнить свою совесть на грешный поступок, но как известно, совесть не удерживает от греха, зато проклятая мешает получить удовольствие.
— Нет, — я пожал плечами. — Просто не хочу дотрагиваться к такому толстому куску сала как ты. Вдруг это окажется заразным.
Его лицо от гнева пошло красными пятнами, глаза сверкали, пытаясь выжечь во мне дырки. Я бил по самому уязвимому месту всех полных людей, по его весу. Редко когда люди страдающие лишним весом, могут не обратить внимания на такие слова, они могут свыкнуться со своим дефектом, привыкнуть к нему и даже убедить в этом своих друзей и близкий, но стоит только прямо ударить по их проблеме, как все их спокойствие полетит в пропасть. Что сейчас и произошло с толстяком.
Он уже был готов ударить по мне магией, как привык делать во всех подобных ситуациях, как сверху спустился Леннар, неся в руках завернутый в черную кожу большой сверток. Заметив наколенную ситуацию между мной и дворянами, он свел брови в одну линию и голосом, не терпящим возражений, сказал.
— Споры решайте вне моей лавке, иначе я пожалуюсь на вас в Стражу.
На молодых дворян, угроза Леннара подействовала намного сильнее, чем на меня. Толстяк сразу же свернул готовящиеся заклятие, а худой быстро убрал руку с кинжала.
— Вот ваш заказ.
Получив то, зачем пришли, тройка молодых людей направилась к выходу. Закрывая за собой дверь, толстяк повернулся ко мне лицом и зло произнес.
— Это еще не конец.
— Это еще даже не начало, всего доброго уважаемый.
Не хватало еще мне бояться угроз, каких-то молодых выскочек, вроде этого. Во мне вспыхнул было гнев и появилось острое желание встать с дивана и увидеть как будет течь по земле его алая кровь, но тут же пропало. Я умел подавлять свои желания.
Иногда.
Леннар осуждающе на меня посмотрел, выражая свое неудовольствие.
— Я ничего не делал, — ответил я на его немой укор. — Я сидел и даже почти не шевелился.
— Иногда этого вполне достаточно. Вы же понимаете, какие иногда бывают предсказуемые люди, скажи им золото и высота, и девять из десяти подумаю про короля и его окружение. Они просто не хотят искать объяснений. Вам вампирам проще, вы живете намного дольше и имеете больше опыта.
Я не удивился осведомленности Леннара касательно моей истинной сущности, все таки он довольно богатый человек и должен многое знать и замечать. Да и магия в доме хорошая.
— Я не так уж и стар, — заметил я.
— Не имеет значения, вас даже воспитываю по другому, учат мыслит вне критериев и границ, готовят к долгой жизни, потому что понимают, что любые границы со временем падают, а у вас в запасе много времени.
Я не был с ним согласен, со стороны всегда кажется, что у других все проще чем у тебя, поэтому давать советы и размышлять о делах не касающихся тебя самого, намного проще чем решать собственные проблемы.