С тех пор как я проснулся в своей комнате, я ее не покидал.
Я пил, курил трубку и смотрел в окно.
Нужно было что то делать, впереди меня еще ждала работа, ассасин не будет прекращать задание, лишь из-за того что у меня что-то случилось. Он будет действовать, все так же уверено и неотвратимо. Предположенный мною срок в одну неделю подходит к концу, и мне нужно удвоить усилия, сделать все возможное, чтобы не допустить смерти принцессы.
Но я продолжал сидеть в кресле.
Я сидел в кресле и пил старый коньяк. Выпивка не избавит вас от проблемы, не решит ее и не уберет на второй план. Она просто наполнит голову таким туманом что вы перестаните думать вообще, а когда все же сознание прояснится то ощущение в желудке не позволят вам думать ни о чем кроме смерти.
Вампира тяжело споить, алкоголь действует медленнее и выветривается намного быстрее чем у обычного человека. Лишь методичное накачивания себя напитками поможет достичь нужного эффекта. Я знал как следует пить, чтобы голова переставала работать.
Похороны Александры назначены через три дня. Вампира всегда хоронят через пять дней. Пять восходов солнца должны очистить тело от духа, выжечь его самые дальние части.
— Аар Логан.
Я вздрогнул, янтарный жидкость в моем бокале пошла рябью. Легкий туман в голове не позволил услышать как открылась дверь.
— Да Дарвин. — Я вернул бокал на столик. — Что ты хотел?
— Каас Виктор хотел с вами поговорить.
Я не повернулся к старому слуге, продолжая смотреть в стекло, но был уверен что его лицо выражает глубокую печаль и скорбь, те же чувства что и отразили на нем когда он узнал про смерть Александры. Он знал ее с раннего детства, и боль от утраты грызла душу очень глубоко.
— Где он сейчас?
— Ждет на первом этаже.
— Скажи ему, что я буду рад с ним поговорить.
Дарвин тихо закрыл дверь и вышел в коридор, его мягкий шаг был почти не слышен. Я подумал о том, чтобы наполнить бокал, полупустая бутылка на ощупь была прохладной. Старые и дорогие напитки имеют тонкую вязь рун, которые не позволяют достигать ему комнатной температуры. Никто не любит пить теплый коньяк.
Дверь вновь открылась и в комнату вошел Виктор. На этот раз я услышал его шаги заранее, но остался сидеть на своем месте.
— Продолжаешь пить в одиночестве? — голос у Виктора был чуть напряжен, думаю он размышлял до какого состояния я уже успел напиться.
— Просто продолжаю пить. Тебе налить?
— Нет, благодарю, — он прошел через комнату и сел в кресло возле окна. — Только одиннадцать часов дня.
— Ты не правильно ставишь приоритеты, — заявил я делая глоток, — не только, а уже одиннадцать. Не стоит ждать и подчинятся чужим приоритетам, делай то, что хочешь, а то можешь не успеть.
Виктор наклонился вперед и сложил локти на коленях. Только сейчас я заметил, что он одет в рабочий костюм следователя. Строгие брюки и теплые ботинки с острым носком, на теле плотный, черный свитер с высокой горловиной.
— Слушай, Логан. — его лицо напряглось и во взгляде появилась сосредоточенность. — Я не могу сказать, что понимаю что ты сейчас чувствуешь, мне не приходилось через это проходить. Но я считаю что это не правильно. Александра была отличной девушкой, и не заслуживает того чтобы после ее смерти ты сидел и медленно спивался.
Хорошая речь, так говорят друзья, чтобы подержать тебя в трудную минуту, они не могут тебе помочь, есть проблемы и случаи когда помощь не возможна, но они все равно продолжают быть с тобой и дают то единственное что могут.
Поддержку. Был ли Виктор моим другом?
Я знал следователя не больше недели, и если бы он не оказался моим соседом по дому, сидел бы он сейчас передо мной?
— Не заслуживает говоришь? — я одним глотком осушил бокал до дна и вытер губы ладонью. — Семь лет назад, я так же потерял своих родителей. И знаешь что я узнал с тех пор? — лицо Виктора напряглась еще сильнее. — Что бы ты не делал, каждый день ходил на могилу или целыми днями на пролет проливал бы слезы по погибшим это не имеет значения. Помни ты их или тупо забудь, им до этого нет никого дела, и уж можешь мне поверить, через какое-то время тебе тоже не будет до них никакого дела.