— В ближайшие дни этого не произойдет, — пообещал Самуэль, — их учения на границы уже заканчиваются, граф Раймунд, доложил, что войска собрались и частями возвращаются обратно.
— Какие у нас новости Алан? — Самуэль уже не улыбался, а внимательно наблюдал за старым другом. Было тяжело осознавать, что он понятия не имеет о том, что у него стряслось.
Резкая смена темы резанула по вискам. Улыбки и смех остались в прошлом, Маркус повесил пиджак обратно и сел в диван на против короля. Все выжидающе смотрели на Алана.
— Их несколько, — сказал он, так и не отойдя от стены. — Сперва наиболее важное. В Городке было применено проклятие.
— Это точная информация? — первым спросил Маркус, затем прикусил себя за язык и добавил. — Извини, я просто в растерянности, создать проклятие очень тяжело, а сделать это в Городке мне кажется почти невозможным.
— Можешь верить мне на все сто процентов, — вампир не как не отреагировал на недоверие к его новости. — Это случилось два дня назад. Улица диаметром в шесть километров, почти полностью сгорела, магам не сразу удалось потушить пожар.
— Огонь питался на прямую через пласты? — вновь спросил Маркус.
— Так говориться в докладе, чтобы прервать связь, использовалась семисторонняя пентаграмма. Тебе это о чем-нибудь говорит.
— Когда я еще учился, один из молодых преподавателей, не вспомню как его звали, приводил приблизительный расчет подобного проклятия. Выходило не меньше сорока маркеров на каждые сто метров плюс огромный запас магии, держать подобную силу в себе человек не способен, — маг замолчал уйдя в свои мысли.
— Каковы последствия? — чуть напряженнее чем хотел спросил король.
— С Элизой все в порядке, огонь бушевал вдали от общежития. Она не пострадала.
Дориан не думал что такое возможно, но ему показалось, что с души свалился огромный камень. Но мимолетная радость быстро прошла, это были еще не все новости.
— Сколько всего погибло? — в наличии жертв Самуэль не сомневался, люди умираю и от простой хвори, стоит им только заболеть и начать лечится бабкиными методами. Проклятие должно было увеличить это число в сотни раз.
— Около шестисот человек, это число растет, каждый день находят новых жертв. Четыре вампира и два вериортера, — и хотя Алан не единым словом не выдал своего напряжения, у всех троих сердце уколола холодная игла.
Они поняли.
Нога ужасно болела.
Благодаря магии целителей, сломанная кость срасталась быстро, но как и всякое лечение этот процесс сопровождался чудовищной болью. Впервые минуты когда целители взялись за работу, он даже не понял, лечат ли они его. Ощущения была словно ногу продолжили ломать дальше, причем не просто сдавливать кость, а пытались выдернуть ее наружу.
Появилась мысль, что большую часть своей практики целители проводили в пыточных подвалах хмурых графов и королей.
Но стоит отдать им должное уже через сутки, кость выправилась и начала срастаться, что обещало скорое выздоровление.
Еще через сутки Молох уже сидел в своем кабинете и смотрел на развешенную карту. Она была прикреплена к стене, большая и широкая, на ней были видны даже улицы и указана нумерация домов. Красными точками были обозначены нераскрытые убийства, зеленые означали похищения, а ярко- желтые кражи. Для своего большого размера Городок имел мало точек, Молох расследовал в первую очередь убийства, поэтому смотрел на красные отметки. Стоит ли говорить, что их на карте было меньше всего.
Два дня назад, впервые на памяти Молоха, появилась новая отметка. Светло зеленым цветом был обозначен диаметр проклятия, на отдельном листе были указаны жертвы и другие имеющиеся в наличии данные.
Вчера совет Академии постановил приоритет этого случая, все ведомости отлаживали дела и занимались исключительно проклятием. Похвальное рвение, но как на зло оно мало что дало, если в комнате ничего нет, то пусть ее обследывают хоть сотня человек, это ничего не изменит.
Нога снова стрельнула болью, мышцы свело судорогой. Молох уже привык к подобным случаям, поэтому лишь стиснул зубы. Маги требовали результатов, люди желали получить ответы на вопросы, семьи погибших жаждали крови виновных. Сам Молох хотел знать правду.