За дверью стоял молодой целитель и неловко на меня смотрел.
— Здравствуй Алес, проходи внутрь. — Я посторонился давая магу войти.
Закрыв дверь, взял у него вещи и повесил на вешалку. Если дело не выгорит, я смогу устроится где-нибудь дворецким.
Мы вошли в зал, я вернулся в недавно покинутый диван, Алес остался стоять. Я знал что он собирается сказать.
— Логан, прими мои соболезнования. Я пришел как только освободился.
— Спасибо. Как ты узнал?
— Встретил Катарину, она мне сообщила. Она не заслуживала смерти Логан, это не правильно.
Алес прошел к книжной полке и уставился на ровные ряжи корешков.
— Никто не заслуживает смерти Алес, но ей все плевать на то что мы думаем.
— Я давно уже работаю в госпитале, привык видеть как люди умирают. Я думал, что привык к этому, свыкся. Мне честно так казалось, когда каждый день наблюдаешь, смерть перестает казаться чем-то страшным, необычным. Но только лишь до того момента, когда не умирает кто то близкий или хорошо знакомый. Это уже совсем другая смерть, к ней нельзя привыкнуть.
Я молчал не зная что сказать, целитель был всюду прав, мне нечего было добавить.
— Как ты держишься?
— Тяжело, мне ее не хватает. Я слишком к ней привык, чтобы так просто отпустить.
Маг взял с полки маленькую фигурку человечка и начал крутить ее в руках.
— Когда матери поставили диагноз "Болезнь Арсена", я думал что это не по-настоящему и ее вылечат, думал что целители смогут найти лекарство и все вернется обратно. Но время шло а ей становилось все хуже, сейчас она уже почти перестала говорить. К этому нельзя привыкнуть, как бы ты не старался это всегда останется в тебе.
— Знаю Алес, знаю, — я вспомнил про родителей и причину из-за которой я тут оказался.
Он подошел и сел напротив меня. Серьезное лицо с оттенком печали.
— Когда похороны?
— Послезавтра, должно было пройти пять дней. Катарина сказала что все подготовит, — я отклонился на спинку, мигрень мешала не то что думать но и говорить, в голову медленно вбивался деревянный стержень.
— Как ты себя чувствуешь? — Алес заметил как я тру пальцами виски, — Выглядишь не очень.
Он отложил солдатика в сторону и подошел ко мне. Посмотрел на мой зрачок, оттянул веко и на последок положил руки на голову. Я ощутил как течет его прохладная магия, пласты словно пески пустыни рябили от действий мага, но все же должен признать он работал профессионально. Боль слегка отступила.
— У тебя мигрень, — заявил он, — ты в последние время не ударялся головой? Хотя после того что с вами было в том дворе, странно что ты еще можешь ходить.
— Сегодня упал на лед, — попытка Алеса пошутить не имела успеха, — чертова погода сбивает с ног.
— Я не могу лечить разум, это для меня еще слишком тяжело, — целитель отпустил мою голову и вернулся в коридор, через минуту он вернулся неся стакан воды и сложенный в несколько раз листок. — Для магии разума нужен большой опыт и предрасположенность. У меня есть задатки но пока от них начнет появляться польза, пройдет не один год. Могу лишь ненадолго ослабить боль.
Он поставил стакан на стол, развернул листок и высыпал его содержимое в воду, ложкой начал перемешивать потемневший напиток.
— Но это не понадобится. Я предполагал что у тебя может болеть голова, правда не думал что причиной окажется мигрень. — Он протянул мне стакан, — Выпей, боль должна пройти.
Мне оставалось только удивляться предусмотрительности целителя. Лекарство было похоже на старый картофель, предварительно прожаренный с грязью. Отвратительный вкус.
— Алес это же просто отрава, конечно у меня перестанет болеть голова, я отравляюсь и такие мелочи не будут меня тревожить.
— Вас не так просто отравить Логан, а что до вкуса, это отличительная черта нашей профессии.
— Из чего он сделан, — подумал сходить на кухню и едой перебить этот ужасные привкус.
— Дай вспомнить, там несколько трав. Толченый краснолистник, цветок мухра, кепрь и кажется еще челина. Я плохо знаю травы, предпочитаю использовать готовые порошки, а не смешивать их самому.
Он продолжал говорить, но я не слушал, лекарство начало действовать, вески отпустило а тупое недомогание в голове стало исчезать. Но что-то все равно оставалось, какая то зудящая мысль, отрывок слов мелькал между проходящей болью.
Я встал чтобы пойти на кухню и замер.
Я вспомнил.
Лавелан смотрел на спустившиеся сумерки и перебирал пальцами шары деревянных бус. Большие, отполированные кругляшки плавно перекатывались между пальцев создавая впечатление живого движения.