— А зачем ты сюда приехал? Никак проверять, не раскопал ли кто тело?
— Да ты кто такой?..
Но Геннадий не выдержал и нескольких секунд — он заскочил в машину и буквально сразу рванул с места. Хайш, закусив губу, помахал ему вслед.
Итак, где-то здесь. Теперь наконец-то началась конкретика. Он вызвал Шарика, гончая без труда отыскала нужное место. Пришлось запачкать руки и откопать, потом положить тело поближе к дороге. Именно там и нашлось орудие убийства — домкрат. Чего пытался добиться этот недотепа от девушки, что решил ее в итоге угрохать, Хайша интересовало слабо. В начале осени в лесу много грибников, так что вопрос нескольких дней, когда у полиции дело изменится с «пропажи человека» на «убийство». Там и разговоры другие начнутся. Заодно он подбросил домкрат в гараж Геннадия. А то как же так — важный инструмент должен лежать на месте! С отпечаточками пальцев и отстаточками крови.
И напоследок, аккурат утром перед обыском, нарисовался на его кухне. Насладился зеленым цветом лица, блеяниями и заиканиями, а уже после великодушно посоветовал:
— Штаны смени, придурок. А то все полицаи от вони задохнутся.
Марина явилась через два дня в его особняк. Хайш даже с кровати подниматься не стал, когда Шарик тихо рыкнул. Он не бросится на рассветницу, поскольку делает все, чего осознанно или бессознательно хочет хозяин.
Она без приглашения вошла в комнату, осмотрелась, отыскала стул у стены и, не пододвигая, уселась на него.
— Я думала, тут вообще ничего целого не осталось.
— Как видишь.
— Вижу, что здесь требуется уборка. Демоны умеют орудовать веником? Я бы посмотрела.
— Не в этой жизни, суицидница. Ты почему в такую рань?
Он подтянулся повыше, чтобы смотреть на нее прямо.
— Хотела успеть до занятий. Я узнала, что его арестовали. Твоих рук дело?
— С чего ты взяла?
Марина задумчиво отвернулась к окну:
— Мои друзья сразу поняли, что дело нечисто. Тот ублюдок не настолько туп, чтобы тащить орудие убийства с собой. Илья подозревает меня. Он видел, что это дело не давало мне покоя.
— Ого. И что ты ответила?
— Что не смогла бы это провернуть, даже если б захотела.
— И зачем сейчас явилась? Спросить разрешения, можешь ли ты присвоить себе мою славу?
— Нет. Поблагодарить. Хотя бы за родителей этой девочки поблагодарить. Пусть для них и нет хороших новостей, но лучше уж так, чем тот ад, в котором они пребывали в последние недели.
— Точно. Я об ее родителях и думал все время. Так зачем ты явилась?
— Я хочу, чтобы ты был в команде, Хайш. Просто поставить друзей перед фактом. Есть дела, которые рассветники не имеют права доводить до конца, но почему бы не оставить их демону?
— Хочешь всю рутину на меня спихнуть, хулиганка?
— Я серьезно, Хайш, — она отлепила взгляд от окна и посмотрела на него.
Все-таки эта дурешка повзрослела, а времени-то прошло всего ничего. Выращивает внутренний стержень, не иначе. Даром что рассветница, а так бы с нее вышел толк.
Хайш сел, позволяя покрывалу сползти. Прикинул, как выглядит со стороны — зрелище должно быть впечатляющим, влияющим на все женские гормоны, хотя стратегические места и прикрыты. И заявил все тем же спокойным тоном, в котором продолжался весь диалог:
— В этом случае я хотел бы сделать малюсенькое признание. Твоя подружка не соглашалась на сделку со мной.
Марина мгновенно собралась и вскочила на ноги:
— Не соглашалась?!
— Нет. Она прогнала меня. Так верещала, что у меня уши закладывало. При всем этом она врала — в том числе и самой себе. Она хотела получить нового хранителя. И не важно, какой ценой.
Марина прищурилась:
— Демонический радар на ложь или твои домыслы?
— А ты сама ответь, почему она решила оставить это в тайне?
Марина не выдержала и отвела взгляд. Больше, больше сумятицы в мыслях! Перед тем, как уйти, она сухо выдавила:
— Будет сложно, но я попытаюсь убедить друзей по твоему поводу. Как бы то ни было, я все равно считаю, что от тебя можно получить пользу. Или уж убить. Одно из двух, а все эти золотые середины — чушь собачья.
И ушла, не удосужившись дождаться и его мнения. Хайш снова откинулся на подушку и подмигнул потолку. Все идет именно так, как должно идти.
Глава 9. Обманщики и обманутые
Илья говорил быстро и по делу, как обычно и бывало:
— К медиуму обратилась женщина, сорок лет, двое детей. Говорит, что ее муж очень сильно изменился. Пока никаких подробностей, но дело, очевидно, по нашему профилю.