Разговор протекал в самом обычном русле: хозяева интересовались, где учится молодежь, чем увлекается, сетовали на своих детей, которые «читают совсем не так много, как когда-то мы». И неожиданно Маргарита заявила:
— Вась, а сыра-то не купили? Как же мы забыли?
— Да брось ты, родная! Все так вкусно, сыр и не нужен!
Она скривила личико и почти заныла:
— Вась, ну сходи, купи, пока супермаркет открыт.
Он поглядел на гостей, но спорить не стал. Да это же просто золото, а не муж. Илья сразу понял, что Маргарита таким образом просто отослала супруга — следовало обсудить, если что-то вызвало подозрения, или наоборот, спровоцировать нужные ситуации, чтобы проверить. У этой женщины был продуманный и довольно агрессивный подход к решению вопроса.
Едва входная дверь хлопнула, она тут же прокомментировала, махнув рукой в сторону прихожей:
— Вот! А раньше ни за что не пошел бы! Да кто бы вообще пошел, это же глупый бзик! Но у меня такое ощущение, что если я посреди ночи клубнику в шоколаде затребую, то он и слова не скажет! И дети удивляются: папа же всегда уставал, а тут и в парк, и на аттракционы, да и собаку давайте купим, раз уж так хотите. Понимаете теперь, о чем я?
Преступление доказано. До сих пор он был обыкновенным хорошим человеком, а стал ненормально хорошим человеком. Виновен!
Марина сосредоточилась:
— Версия единственная — он новый рассветник. Хранителя разглядел не сразу, но все же разглядел. Ну же, хранитель, скажи уже сам — он рассветник?
— Что еще за хранитель? — опешила Маргарита, но замерев, наблюдала, как Марина разговаривает с волосами подруги.
Хранитель недовольно прошипел:
— Я вам Шерлок Холмс? Скажу одно — не демон. И против любимицы моей зла не замышляет.
Ну еще бы хранитель да вот так запросто бросился помогать. У них, наверное, здоровье слабеет, если они милость кому-то, кроме своих любимчиков, окажут. Но мысль Марины была самой жизнеспособной — Илья тоже вначале так решил, потому спешно перешел к допросу, пока Василий не вернулся:
— Маргарита, у нас есть версия, но нужно больше фактов. Например, вы не в курсе, происходили ли с вашим мужем какие-то страшные события? И что бы он, хотя бы косвенно, был виновной стороной?
Маргарита сосредоточенно поджала губы и покачала головой:
— Да нет, что ты. Он хоть и такой суровый… был, но очень переживал за других. За каждого, кого спасти не смогли. И не говорил никогда об этом, но я видела. Это сорт людей такой: все внутри, в душе, очень глубоко сидит. И так больно сидит, что говорить об этом не хочется.
По типу характера он как раз и был идеальным кандидатом в рассветники, а о грехе жена могла вовсе не знать. Потому Илья сразу перешел к другой проверочной точке — рассветником человек становится только на грани смерти и после чудесного спасения: именно тогда ему вручается второй шанс.
— А перед тем, как он изменился, его жизнь не оказывалась под угрозой? Вы упоминали пожар на каких-то складах.
Она кивнула.
— Да, пожар был страшный. Половина здания обвалилась, но мой выбрался без единого ожога. Еще и напарника своего на спине вытащил. Тот сейчас в больнице, но уже скоро на выписку. Никто не пострадал серьезно в тот день, хотя были на волоске.
Марина понимающе хмыкнула за них обоих. Василий вполне мог быть тоже на волоске, хотя и странно, что ни одного ожога не получил — обычно рассветники «обращаются» с размахом, по серьезному, чтобы никаких сомнений в чуде не осталось. Теперь нужно вынести всеобщее решение, а потом объяснить Маргарите, что ничего особенно ужасного не произошло — хоть ее муж и станет теперь совсем другим, но…
Илья и рта не успел открыть, чтобы все это озвучить, — замер, когда взгляд упал на собственную руку. Он поднял вилку вверх и присмотрелся.
— Маргарита, это же серебро?
— Да, хороший набор, дорогой…
— Он не рассветник, Марин.
Теперь и она приподнялась, чтобы посмотреть — рядом с тарелкой Василия лежала нетронутая вилка из набора, а ел он обычной, вроде бы алюминиевой. С какой бы стати? Илья встал, бросил грязную вилку Василия в мойку, а на тарелку положил серебряную.
— Что происходит, Илюш? — напряглась Маргарита.
— Пока не знаю, — ответил он сухо. — Но, кажется, ваш муж не собирается причинять вам зла. С другой стороны, люди, как и светлые, не боятся серебра. Давайте просто посмотрим, что будет дальше.
Алиса что-то сообразила и воскликнула:
— Я знаю, кто он! То есть не уверена, конечно, но…
Но дверной звонок ее осек. Маргарита, теперь заметно побледневшая от непонимания, пошла, чтобы открыть.