Выбрать главу

Она подхватила длинный подол серо-молочного платья с лохмотьями до пола и изобразила книксен:

— Благодарю, милорд. Уверена, тебе придется очень постараться, чтобы напугать их сильнее, чем я.

Илья уже не в первый раз заметил, что общаются они теперь совсем как старые друзья. С одной стороны, это неправильно. Но с другой, разве можно работать в одной команде и не привыкать друг другу? К Хайшу привыкать долго будет только Алиса, если вообще когда-нибудь привыкнет.

Когда детишки-сатанисты уже затемно начали собираться на кладбище, рассветники ждали в засаде — с двух сторон и на приличном расстоянии, чтобы не быть замеченными заранее. Чуть больше десятка подростков размещались кругом прямо между двумя старыми надгробиями, а Хайш уже стоял в центре, пока невидимый для них. Конечно, его появление уже само по себе могло вызвать нужный эффект, но Илья ни за что не отпустил бы демона сюда одного: он может увлечься и в азарте кому-то навредить.

С места Ильи было слышно начало монотонного заклинания, подхваченного всеми голосами. Он немного приподнялся и приготовился к началу представления. Хайш почему-то выглядел задумчивым, он озирался и будто к чему-то принюхивался. Пришлось махнуть ему, чтобы не отвлекался. Демон заметил, вскинул руки и сделал короткий шажок вперед, именно в эту секунду становясь видимым.

Пение мгновенно прекратилось, кто-то закричал. И Хайш с видимым удовольствием подопнул их шок:

— Вы призвали меня, смертные? Тогда с ваших жизней и начну!

И горе-призывальщики с криками бросились врассыпную. Марина опустила лицо, наподобие героини в фильмах ужасов, и брела со своей стороны. Илья сильно наклонил голову на бок и просто стоял возле одного из надгробий. Крики ужаса теперь оглушали. Хайш метнулся, исчез, а потом прыгнул сверху наперерез одному мальчику. Припал к земле и зарычал, почти как Шарик. Парнишка замер на секунду и даже замолчал, а потом рванул в другую сторону с еще более громким воплем. Жестоко, конечно, но чем сильнее они напугаются, тем меньше у них будет желания повторять что-то подобное.

Уже через пару минут даже последнего перепуганного крикуна не было слышно. Марина с Ильей подошли к Хайшу и просто переглянулись — дело сделано. Илья вспомнил о поведении демона и переспросил:

— Ты почему в начале заморозился? Они читали настоящее заклинание?

— Настоящее, — подтвердил Хайш. — Но это не заклинание призыва демона, а какая-то смесь обращения и просьбы о бессмертии. Неважно. Но я что-то почувствовал, не могу объяснить… Слушайте, а почему они собирались именно на кладбище? Ведь темные редко появляются на кладбищах — здесь официально самое чистое от нас место.

— Потому что это кладбище? — резонно заметила Марина. — Это же дети! С их детской логикой.

Но Хайш по-прежнему хмурился:

— Как думаете, среди них мог быть медиум?

Илья развел руками:

— Вряд ли. Если бы был, то они уже давно бы вызвали какую-нибудь нечисть. И мы бы имели не двенадцать перепуганных детишек, а двенадцать тел.

Хайш согласился:

— И то верно. Ладно, давайте по домам. У меня сегодня настроение хорошо потрахаться и хорошо прибухнуть, в любой последовательности. Чувствую, что в крови уровень веселья критический, мне срочно требуется шумная вечеринка. Если вы не со мной, тогда не поминайте лихом.

В квартире Ильи рассветники переоделись и умылись. Алиса терпеливо дожидалась их там. Она не спешила поздравлять их с успехом, а выглядела очень сосредоточенной. Илья это уловил, как и сопоставил в уме, что Хайш высказал то же предположение, что она сама. Потому он сел в кресло, дождался, когда Марина нальет себе чай и тоже присоединится к ним, а потом сказал откровенно:

— Хайш тоже предположил, что среди детей мог быть медиум. Собственно, эту вероятность мы сразу и рассматривали, но не могла бы ты объяснить, о чем конкретно говорила твоя интуиция?

Алиса едва заметно побледнела, но выпрямилась и перевела взгляд с Ильи на Марину, а затем обратно.

— Ребята, там точно был медиум. Может быть, очень слабый, но он был.

Марина охнула и отставила чашку, подалась немного вперед:

— Алиса, откуда такая уверенность?

Теперь и хранитель расширился, но молчал — кажется, он полностью одобрял все, что она говорила:

— Я заподозрила это сразу, когда вы рассчитывали план и говорили о конкретном месте, где они собираются. Кто-то из детей почувствовал… он не понял, что конкретно ощутил, но он точно знал место.