Возле непроницаемых стен зелёного лабиринта, уже, работали корреспонденты центрального телевизионного канала, ибо прямые эфиры с избиениями Королём чиновников были особо любимы в простонародье. Првда, следующую за расправой роздачу призов, почему-то, никогда не транслировали.
Старенькая «Победа» грязно — белого цвета притормозила подле входа для прислуги. Принцесса, обняв обеими руками горшочек с золотом, выбралась с заднего сиденья и захлопнула пяткой дверцу. Подойдя к узкой металлической двери, она указательным пальцем набрала на замке, заученный наизусть код, приоткрыла носком ноги тяжёлую дверь и протиснулась в образовавшуюся щель, следом за ней, прошмыгнул на территорию резиденции и Заяц.
Они пошли через парк по выложенной булыжником тропинке.
— Как же всё позарастало, — Принцесса по пути оглядывала деревья и газоны — это хорошо.
— Чего же хорошего? — удивился Заяц, от внезапно окружившей его роскоши он немного оробел и шёл прячась за ногами Принцессы.
— А то, что значит Его Величество, хоть я и была в отлучке, прислуги нанимать не стал, меня дожидался, тосковал.
Внезапно, сзади, Из-за дерева, выпорхнул большущий павлин и клюнул Зайца за хвост.
— Ай! — взвизгнул Заяц и отбежал на десять шагов.
— Голодный, — сочувственно посмотрела на павлина Закатиглазка — он же всё это время на подножном корме прожил. Интересно, что же там с королевским зверинцем стало.
— Если их кроме тебя кормить было некому, — Заяц с опаской озирнулся по сторонам-то мне это, вообще, не интересно, главное на глаза им не попадаться.
Вскоре они прошли домик для прислуги, при котором располагалась и королевская кухня, наполнявщая округу аппетитными ароматами королевских деликатесов, настолько раздраконивщих оголодавшего Зайца, что он предложил, временно отложить доставку золота Его Величеству и зайти, хоть самую малость, подкрепиться, в конце концов, не посмеет же повар отказать самой Принцессе. Но Закатиглазка объяснила косому, что ничего у них не выгорит, ибо, потому-то король и нанял повара, а не отправил её саму на кухню, что опасался с её стороны отравления своей августейшей особы, и во всех королевских резиденциях действовал указ возбраняющий Принцессе появляться на кухне.
Пройдя парк, Заяц и Принцесса вышли к озеру, здесь Закатиглазка взяла пятнадцатиминутный отдых, развалившись в густой траве, а Заяц пожевал сочного клевера и, проглотив трёх кузнечиков, запил все это водой из озера.
Тут, же на берегу, лежал королевский драккар, с красно — рыжим драконом на носу и высокой мачтой — шпилем, со спущенным парусом. На этом судне Его Величество, собрав отборнную компанию дебоширов и пьяниц, состоявщих на государственной службе, любило ходить в набеги по близлежащим селениям и городкам. Специально для этой цели, Принцесса каналом соеденила озеро королевской резиденции с протекавшей, в верстах десяти, речкой, и тянувщейся, почти, на треть Королевства Многоземельного.
Естественно, все населённый пункты, располагавшиеся по течению реки, по весне, когда Король Многоземельный и его лихая ватага выходили в рейд подвергались беспощадному разграблению, а молодых и здоровых подданных, Его Величество пленяло и сбывало, прибывавшим для весеннего торга работорговцам. Всё же действо, в целом, имело целью укрепление королевской власти и повышение доверия граждан к государственным интститутам. В невзгодах, как известно, народ крепчает, сильнее сплочаясь вокруг правителя, и, уже, никто не смеет усомнится в легитимности национального лидера, что и подтверждалось многочисленными воззваниями разграбленных селений к своему монарху. В посланиях на королевское имя граждане высказывали безмерную любовь к Его Величеству, благодарность за его правление, и, нижайще уповали на королевскую справедливость, прося монарха, наказать распоясавщихся вельмож чинящих разбойные набеги на мирные города, бессомненно, против королевской воли, в ответ на что, Его Величество милостивейще снисходило до нужд просящих и обещало примерно наказать зарвавшуюся аристократию, чем вызывало ликование в сердцах подданных, а, затем, наступала новая весна.