Дракон уселся в своё кресло, любезно отодвинутое Дулей, и жестом пригласил гостей присоединяться.
Стол был уставлен золотыми блюдами и подносами, на которых были поданы: голубцы, фрикадельки, домашняя колбаса, сосики по-баварски, мясо в сливках, мясо по-французки, по-кремлёвски, по-китайски, гуляш, чахохбили, стейки, люля — кебаб, рёбрышки по-грузински, голени запечённые в картофельном тесте, мясная запеканка, сердца тушённые с грибами, печёночный паштет и салат из лёгких.
В графинах искрилась водка.
Коньяк стоял, прямо, в бочонке с краником.
Но не смотря на голод, Принцесса, видевшая драконью кладовую, никак не могла пересилить себя, что бы притронуться хоть к одному из блюд. Её спутники, Заяц и Кобольд, наоборот, нисколько не смущаясь, набросились на еду, подтягивая к себе по целому подносу, они загребали с него пятернёй, не взирая на жир, которым забрызгивались по самые плечи. Водку, вообще, пили как воду в пустыне.
Ни ела, только, Дуля, она прислуживала Дракону, подавала кушанья, наполняла кубок, обдирала мясо с костей и ложила, прямо, в пасть Дракону. Кобольд, посоветовал и Зайцу вдохновится примером Дули в отношении вышестояшего.
Заяц вытер с морды подливу, и тоже, стал прислуживать начальнику, но, в отличии от исполнительной Дули, халтурил, забрасывал самый жирный кусок себе в рот, наполняя кубок Кобольда, сам отпивал добрую половину, обнаглел до того, что норовил сунуться в начальственную тарелку, за что получил зычную оплеуху.
Принцесса прокашлялась, дабы привлечь к себе внимание, и подобно Лизе Калачёвой, спросила:
— Товарищ, у вас нет чего-нибудь вегетарианского?
У Дули аж прибор выпал из рук.
— Вегетарианского не держим — с. — презрительно просипела Дуля — здесь приличный дом, хозяин коего способен заработать достаточно, что вкушать изысканые яства. Запомни, господин Дракон, тебе, не какой-то пьяница — бездельник, с утра до ночи вкалывающий на заводе, а интеллектуальная элита, умеющая зарабатывать головой.
— Ага! — гыгыкнул Дракон и высунув свой раздвоенный змеиный язык, принялся вылизывать им тарелку — Ты попробуй какое всё вкусное, — предложил Дракон и сказал Дуле — Шишик, передай нашей гостье печёные пальчики.
Дуля брезгливо перебросил Принцессе поднос.
— На, жри! — предложил он ей.
На золотом блюде, в подливе с луком, действительно плавали пальцы, толстые мясистые, с тёмными, пропёкшимися ногтями.
Принцессу передёрнуло.
Кобольди и Дракон выпили на брудершафт и трижды поцеловались.
— А что, ваша Огнедышность, не нужен ли вам смекалистый заместитель? — предложил Кобольд Дракону, гном, уже, списал со счетов Закатиглазку, и не расчитывал получить от неё министерское кресло — Мне, тут, должность уже предложили, но ради вас я откажусь, не сойти мне с места — откажусь. Служить такому кроважадному дракону — моя сокровенная мечта! — Кобольт тут же поправился — Ну как служить, в смысле, служить начальником, но, конечно под вашим чутким руководством, — он взял Драконью лапу и поцеловал её.
— Не верьте ему, ваша Омерзительность! — вмешалась Дуля — Этот прохиндей вас подсидит, я его знаю, он всю жизнь, на всех доносы строчил!
— Правда?! Строчил!? — рявкнул на гнома Дракон.
— Да разве могу я вас обманывать? — елейным голоском запел Кобольд — Сознаюсь, не было во всём городке такого человека на которого бы я донос не накатал, вот такая у меня слабость.
— Да плевать на этих призренных холопов! — не унималась Дуля — Он же и на меня донос написал, а я был его непосредственным руководителем! Это же нарушение субординации! Святая святых! Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку!
— Писал на него донос? — сурово спросил у Кобольда Дракон.
— Писал, — сознался Кобольд — не мог удержаться.
— Ах каков паршивец! — Дракон рассмеялся и ласково потрепал Кобольда по щеке — Такие беспринципные жулики мне как раз и нужны! Вы есть опора драконьей власти на земле.
Дуля гневно вытаращился на Кобольда.
— Отвернись мерзавец! — Кобольд собрал пригоршню мясных шариков и швырнул в оппонента, но спьяну не попал ни одним — Заяц подключайся! — заорал гном — Твоего любимого начальника оскорбили! Показали кукиш!
— Наконец-то ты, скот, запомнил мою фамилию! — огрызнулась Дуля, но вынуждена была нырнуть под стол, так как Заяц и Кобольд открыли по ней огонь из всех орудий, но в отместку нападающим, Дуля неожиданно выскакивала и показывала себя то Зайцу, то Кобольду, и тут же укрывалась от снарядов в своё убежище.
В Дулю летели целые подносы, рассыпая на лету содержимое, и, даже, золотые кубки, но удача улыбнулась графину из — под водки, он точно хлопнул Дулю по большому пальцу, и та растянулась меж столами, утопая в разлитом жире и объедках.