– Истинный король Вейланд! Остальные – самозванцы! – уверенно начал он, упершись взглядом стену. – Я родился в грозовую ночь с последнего дня месяца багрового дракона на первый день месяца белого дракона, девятнадцать лет назад, в этом замке, в Башне Девы. Мой отец не присутствовал при родах, ибо в этот момент мужественно защищал рубежи нашего государства от вторжения подлых соседей, даже не зная, что у него появился…
– Молодой человек, будьте так любезны, не вертеть головой. Да, голову вот так и держите! Все! Не шевелитесь! – перебил художник, делая первый набросок.
– …наследник, которого не смогли подарить две предыдущие королевы. Женщина, мечтавшая стать четвертой королевой, чтобы избавиться от моей матери, подкупила повитух, потребовав, чтобы ребенок родился мертвым, а королева умерла при родах. Но моя мать успела дать мне имя, завернула меня в пеленку и перед смертью передала в руки своей советнице, которая вынесла меня из замка.
– А не могли бы нарисовать его на коне? – перебила я увлекательный рассказ, понимая, что именно таким голосом рассказывала стихи за школьной партой.
– Тогда пусть расставит ноги, слегка присядет и сделает вид, что смотрит вдаль, приложив руку ко лбу! – ответил художник, увлеченно рисуя портрет. Раскоряченный, слегка присевший «защитник рубежей», с козырьком, заслоняющим мужественный взор от беспощадного солнца, наводил меня на мысли о минных полях.
– Доверенное лицо передала меня тому, кому доверяла больше всех – капитану стражи, взяв с него клятву, что он сохранит тайну моего происхождения. Он вырастил меня как родного сына, обучил всему, что знал сам…
– А если с мечом? – громко спросила я у художника, тихо шепнув ему, что коня рисовать не обязательно.
Бедолага-кандидат мучился, делая вид, что вынимает меч, но при этом продолжил рассказ, как ни в чем не бывало!
– Когда король умер, мой приемный отец, находясь при смерти, поведал мне, что я – истинный наследник и должен занять трон по праву рождения! Похоронив своего приемного отца, я двинулся в путь, чтобы заявить свои права на престол, – закончил свой рассказ рыцарь. – Я пытался отыскать свою спасительницу, но мне сказали, что она умерла…
– Спасибо. Можете оставить на портрете каплю своей крови? – попросила я, чтобы придать ритуалу некую загадочность. – Если вы считаете себя истинным наследником, вам бояться нечего!
Вейланд осторожно надрезал палец и оставил свой кровавый автограф на готовом портрете.
В комнату вошла капризная блондинка и тут же по требованию заняла сидячую позу на ковре, вполоборота.
– Я родилась в грозовую ночь с последнего дня месяца багрового дракона на первый день месяца белого дракона, девятнадцать лет назад, в этом замке, в Башне Девы, – начала она свой рассказ, от которого хотелось протяжно зевнуть.
Я слушала и понимала, что либо где-то с большим успехом и немалым тиражом продается методичка для будущих наследников, либо я чего-то не понимаю. Кандидатка уже два раза меняла позу, а сейчас застыла, сжимая дрожащей от напряжения рукой что-то невидимое, однако ни темп, ни тембр ее речи не сбился.
– …Моя спасительница отдала меня тем, кому доверяла превыше всего! Она отдала меня семье богатых торговцев тканями. Мой приемный отец умер, когда мне было десять, а матушка умерла через пять дней после смерти Его Величества… Умирая, матушка сказала мне, что я – единственная наследница престола. Я сначала не поверила, но матушка…
А не слишком ли много смертей в пятиминутном рассказе? Опекуны – молодцы! Предусмотрительно умирают почти одновременно с королем, и не сразу, а аккурат после слов: «Ты – единственный наследник Кронваэля!»
– …меня отдали на обучение магии… – рассказывала рыжая нифма по имени Вайлет, держа в руке сверкающую магией звездочку. – Мой учитель перед смертью сказал мне, что я – истинная наследница покойного короля…
Секрет долголетия от гадалки Импэры. Если вам вдруг отдадут наследника престола на воспитание, а через девятнадцать лет король умирает, то, выбирая между «репетировать текст прощального откровения» и «пройти обследование и принять меры предосторожности», выбирайте последнее!
– …герцог и герцогиня, будучи приближенными лицами короля, воспитали меня как собственную дочь… Перед смертью мой приемный отец… – заставило меня вынырнуть из омута раздумий. Передо мной стояла во всей красе «любимая болонка королевы» в такой позе, в которой нужно держать очередь на прием к мануальному терапевту.