— А вы что, врач или учитель? — с возмущением спросил нарком. — Будто без вас жену не вылечат и дочь не выучат! И это после всего, что вы здесь слышали!
Он резко встал, подавив в себе желание сказать что-то более крепкое, и покинул кабинет. Никто не поднялся с места. В комнате было тихо, только из коридора доносились тяжелые шаги наркома. Перов переводил взгляд с одного сотрудника на другого, раздумывая, кого же можно назначить на этот ответственный пост, и не находил работника более опытного и энергичного, чем Егоров.
Гаевой подозвал Егорова, и они прошли в пустой кабинет старшего геолога.
— Почему отказались? — Гаевой плотно закрыл дверь. — Отвечайте честно.
— Страшно… взять судьбу завода на свои плечи. По правде сказать, я не вижу возможности вывезти руду. Добыть — добуду, а вывезти — не вывезу.
— Но ведь вам все будут помогать.
— Помогать будут все, а отвечать мне одному.
— А вы хотели бы работать и не отвечать?
Егоров промолчал.
— Я вам вот что советую: подумайте и… передумайте. Вам доверяют ответственный участок. Вы же опытный работник. В такую минуту оказаться трусом… Я понимаю, вы боитесь потерять авторитет, если не справитесь. Но вы его уже теряете, отказываясь от назначения. Подумайте…
В коридоре Гаевого остановил нарком. Походив немного, он смирил свою горячность.
— Что его испугало? — заинтересовался нарком.
— Боится, что не сумеет вывезти руду. С добычей он справится.
— Один он и с добычей не справится, если каждый не будет считать его дело своим кровным, — ответил нарком и снова зашагал по коридору.
Директор подошел к наркому, когда тот стоял у окна, задумчиво следя за огнями электровозов, скользивших по рудной горе.
— Сколько у тебя конструкторов в проектном отделе? — спросил нарком.
Ротов назвал цифру.
— Пятнадцать человек надо откомандировать в «Гипросталь». Самых опытных.
— Этого я сделать не могу, — не раздумывая, заявил Ротов. — У моих конструкторов работы столько, что впору еще тридцать человек принять.
Нарком бросил на директора добродушно-иронический взгляд, и Ротову показалось, что удастся отговориться.
— Не могу этого сделать, если даже прикажете, — произнес он решительно.
— Сделаешь и без приказа, — спокойно ответил нарком, и взгляд его снова остановился на расцвеченной зелеными и красными огнями светофоров рудной горе.
Ротов невольно насторожился.
— На днях меня и нескольких работников наркоматов вызывали на Политбюро, — сказал нарком. — Я был уверен, что предстоит разговор о текущей работе. И что бы ты думал, о чем нас спросили?
— Догадаться трудно.
— Спросили, как продвигаются проектные работы по восстановлению предприятий Юга…
— Не знал я, что в такое тяжелое время, когда враг под Сталинградом, в ЦК заботятся об этом, — дрогнувшим от волнения голосом произнес Ротов.
— Да только ли об этом? Думают и о других послевоенных делах. — Нарком, круто повернувшись, быстро пошел по коридору.
Директор постоял, наблюдая за деловитой, энергичной походкой наркома, и догнал его уже в приемной.
— Конструкторов временно командировать или дать им перевод? — спросил он тихо.
— Лучше перевод на постоянную работу, — ответил нарком на ходу.
Прошел еще час. Советуясь с инженерами, нарком уточнил число рабочих для подготовительных работ, набросал список необходимого оборудования и материалов, но ни словом не обмолвился о способе доставки руды.
— Чем же мы будем возить оттуда руду? — не выдержал Ротов.
— Готовьте дорогу для автотранспорта.
— Для такой операции нужно около двухсот машин, а я могу выделить не более десяти.
— Пришлем автомашины.
— У нас шоферов нет. Многих в армию призвали, автотранспорт сейчас — одно из узких мест завода.
Нарком задумался.
— Готовьте дорогу, — повторил он. — Срок — тридцать дней. Кого назначим ответственным?
— Моего заместителя по капитальному строительству, — предложил Ротов.
— Что ж, кандидатура надежная. Значит, все решено, кроме одного: кто будет начальником рудников.
Егоров медленно поднялся с места.
— Товарищ нарком, я обдумал свой отказ и нашел его недостойным, — твердо сказал он. — Если разрешите, приму ваше назначение.
Нарком долго смотрел на него. Егоров выдержал этот суровый, испытующий взгляд.
— Хорошо, — жестко произнес нарком. — Но учтите всю важность задачи… — И обратился к директору: — С семейными делами товарища Егорова разберись сам. Помоги. Понадобятся особые медикаменты — позвонишь. Вышлю самолетом.