- Полинка, привет, - прозвучал в трубке звонкий женский голос, и мне аж захотелось заскулить от злости или заорать на всю улицу – что угодно, лишь бы спустить весь пар, скопившийся в голове. – Не отвлекаю?
Я с трудом отвела от незнакомца взгляд и сделала пару шагов в сторону, увеличивая между нами расстояние, и случайно наступила на его широкую тень. Всего лишь на мгновение мне показалось, что на сером асфальте что-то мелькнуло – тень задорно махнула длинным хвостом. Пораженная увиденным, я тут же обернулась к мужчине. Тот снова перехватил мой испуганный взгляд, нагло подмигнул и щелчком отправил окурок в полет.
- Нет, не отвлекаешь, - я провожала страного собеседника глазами, пока тот не скрылся за дверьми небольшого бара, из которого я вышла пару минут назад. Предчувствие чего-то страшного обвило мою грудную клетку стальными кольцами. – Что-то случилось?
- Да нет, ничего страшного, - заверила меня на другом конце провода коллега. – Тут дело такое. У Лены опять ребенок заболел. Она сейчас звонила, сказала, что до среды не выйдет. А завтра выходные, много народа будет. Не хочешь выйти?
Я лишь молча закатила глаза и потянулась за новой сигаретой. Послать бы всех к черту, да вот только черти за ипотеку платить не будут.
Мертвый воздух давно непроветриваемого помещения и запах жареных гамбургеров и пива ударил по носу, как только я закрыла за собой дверь. С улицы всегда все чувствуется острее. Я бы и не стала заново подниматься в бар, но нужно было найти Алину и убедить ее поехать домой – одной ей здесь оставаться нельзя, а мне нужно ехать домой, ведь завтра опять выходить на работу.
Я старалась глазами отыскать подругу, но никак не могла этого сделать и поэтому просто двинулась в сторону нашего столика. Но, не дойдя до него пары шагов, резко остановилась, едва не запнувшись об собственные ноги.
Там сидел Он. Гребанный самодовольный нахал без зажигалки разместился напротив подруги, аккурат на моем кресле и, поцеживая пиво из высокого стакана, что-то активно ей объяснял. Я попыталась поймать взгляд Алины, чтобы нашими тайными знаками показать ей, что пора выбираться на улицу, но она даже не посмотрела в мою сторону. От ее увлеченности собеседником стало противно и холодно внутри. О, нет. Кажется, у нас начинаются неприятности.
- Вообще-то тут занято, - я бесцеремонно плюхнулась на единственное свободное кресло за столиком и, сложив локти на столе, гордо посмотрела на мужчину. – И вы на моей сумке сидите.
Незнакомец в ответ лишь причмокнул губами, да странно дернул бровями и, пропустив руку между широкой спиной и спинкой кресла, выудил из-под своего тела мой клатч. От невозмутимости, с которой это все было проделано, меня аж затрясло от злости. Эх, будь я хоть малость хуже воспитана, то уж обязательно бы треснула его этим же клатчем по макушке. Вместо этого я почти выдернула у него из руки тонкую сумочку и повернулась к подруге:
- Я уже вызвала такси, - блефовала я, - допивай и поехали.
- О, нет, - Алина щедро отпила темную жидкость из стакана и расплылась в пьяной улыбке, - я сегодня поеду не с тобой. А ты езжай, - заплетающимся языком продолжила она и посмотрела на меня пустым, мутным взглядом, - нечего тебе тут со мной сидеть и выслушивать мои проблемы.
- А кто это с тобой будет сидеть? Этот!? – возмутилась я.
- Малая, осторожнее на поворотах, - раздалось сбоку, но я даже не посмотрела на клубного плейбоя. Я знала, что Алинке голову сносит от таких вот бэд боев, и знала, что пьяная она не хозяйка своим желаниям. А желания у нее довольно примитивные. Поэтому я продолжила:
- Да ты уже даже сидеть нормально не можешь. Поехали! Хочешь, поедем ко мне? Выспишься, тем более я завтра на работу утром уйду. И делай весь день, что хочешь.
Девушка лишь залпом опрокинула в себя содержимое бокала и, с трудом поднявшись из-за стола, сообщила, что ей пора в дамскую комнату. Как только она отошла от нас, мужская ладонь со шлепком опустилась на мое колено, и сжало его.
- Ай, - вскрикнула я и резко повернулась к незнакомцу с улицы, - вы с ума сошли? Руку убрали!